История

Мать с нами была выдворена из СССР 11 мая  1980 года. В Вене мы первоначально поселились у старого знакомого по Питеру, Льва  Александровича Рудкевича. Он уже давно сотрудничал с НТС, о чем нам подробно рассказывал. Довольно скоро я понял, что мне необходим контакт с Закрытым сектором НТС. Я вызвал  Льва Александровича на разговор и попросил о контакте с Закрытым сектором. Вскоре мне сообщили по телефону, что представитель Закрытого сектора НТС будет ждать меня в одном из венских кафе.

Худощавый человек спортивного телосложения. Представился «Робертом», но сразу же сказал, что это кличка. Внимательно меня выслушал. По-русски говорил без акцента. Уже позже, когда мы доехали до Франкфурта-на-Майне, он представится мне еще раз.

Из книги «Чернобыльский словарь человечества»

ВЕК. В каждом веке для каждого народа и для каждого поколения была своя война или подобное потрясение. Двадцатый век – не исключение.

В двадцатом веке в результате войн, катастроф и других конфликтов погибло более ста миллионов человек, причём в начале века погибших было больше из числа военных, а в конце его больше погибало уже мирных жителей. Кроме того, двадцатый век, выпавший на большую долю моей жизни, разочаровал многих мыслителей и гуманистов по части всемогущества разума. Научно-технологические системы, создаваемые человеком, могут служить и добру, и злу в определённых пропорциях, и последние сто лет заметно изменили эти пропорции в пользу зла.

Тобольск, сентябрь 1737 года

Нарочный из губернской канцелярии поклонился Владыке Антонию и отдал бумагу.

— Ступай, не жди, — ласково сказал старец и сломал печать.

Прочтя, он пристроил свиток на аналой и позвал, хмуря брови:

— Иван!

Канцелярист приблизился неслышно, взял послание и развернул.

То был монарший указ: Березовских священников, что служили у Престола верой и правдой и совершали Долгоруким молебны, всенощные и Литургии, наказать и сослать в Охотск.

— Прочесть вслух? – спросил Ваня, потрясенно водя взглядом по бумаге.

Старец покачал головой.

— Надо бы по форме в губернскую канцелярию отписать, что получен указ.

Секретарь сник.

Годы жизни: 930/5 — ок. 975.

А

Славен был Лиудольф, дед Генриха Птицелова, в свои времена. Владетель обширных земель, отважный воин, он собрал под свои знамена всю местную знать, одержал победу над датчанами, укрепил границы родной земли. Его признал первым князем Восточной Саксонии сам народ, а официально — Людовик Немецкий.

Но одно желание еще оставалось невыполненным: основать родовой монастырь. Поэтому вместе с супругой Одой князь совершил долгое паломничество в Рим, принял от папы необходимые для закладки нового храма мощи, и с 865 года стала расти Гандерсхаймская[i] обитель, настоятельницами которой сделались поочередно три княжны, его дочери: Хатумода, Герберга и Кристина.

И сей град Большой Китеж невидим стал и оберегаем рукою Божиею,— так под конец века нашего многомятежного и слез достойного покрыл Господь тот град дланию своею. И стал он невидим по молению и прошению тех, кто достойно и праведно к нему припадает, кто не узрит скорби и печали от зверя-антихриста. Только о нас печалуют день и ночь, об отступлении нашем, всего нашего государства московского, ведь антихрист царствует в нем и все его заповеди скверные и нечистые".

ПОВЕСТЬ И ВЗЫСКАНИЕ О ГРАДЕ СОКРОВЕННОМ КИТЕЖЕ.

ОСОЗНАНИЕ

«Не в силе Бог, а в правде. Иные - с оружием, иные - на конях, а мы Имя Господа Бога нашего призовем! Они поколебались и пали, мы же восстали и тверды были».

Святой благоверный князь Александр Невский

I

Отец Геннадий проснулся от холода.

Открыв глаза, он услышал, как дрожат сложенные из цельных брёвен стены, как свирепая буря завывает на все лады.

Не верится, что всего полночи назад в этой же самой часовне отслужена всенощная, и ни одно, даже легчайшее, дуновенье, не потревожило собравшихся прихожан; тихо и мягко струился свет, снег блистал тысячами алмазов…

«Ууаауу»,— взревел ветер, бросая в самые малые, невидимые глазу щели, колкую порошу.

Батюшка поднялся на ноги, крупно дрожа от стужи. Старая малица* уже не так держала тепло, ее продувало.

Каждый шаг давался с трудом: часовня, недавно прибранная и украшенная, теперь оказалась усеянной наметенными за ночь снежными горками.

Еще шаг, другой…

Память Героя России, Героя Чернобыля генерал-майора внутренней службы Владимира Михайловича Максимчука увековечили в Тверском районе столицы. Торжественное открытие мемориальной доски с барельефом Героя, состоялось 17 апреля 2019 года в Москве у дома № 2 по улице Долгоруковская, где жил легендарный пожарный. Авторами мемориальной доски Владимиру Максимчуку стали скульптор − народный художник России Салават Щербаков и архитектор − лауреат премии Москвы в области литературы и искусства, член Московского Союза художников Василий Перфильев. Памятную доску открыл первый заместитель главы МЧС России Александр Чуприян.

(описание жизни и подвига протоиерея Иоанна Пятибокова)
  

Герой никогда не умрет – он вечно в народе живет.
Русская пословица

  Весь мир желают сгладить
    И тем внести равенство,
     Что все хотят загадить
     Для общего блаженства!
 
Алексей Константинович  Толстой
Июнь 1871

«Но ведь русские крестьяне до революции были рабами! Их ведь продавали как скот»…

Подобный бред автор слышал не только от полуграмотных  иностранцев. Подобное «глубокое» познание собственной истории свойственно и многим бывшим советским гражданам. А уж про знаменитую помещицу-изуверку по прозвищу «Салтычиха» все мы в обязательном порядке читали в советских учебниках истории.

Самая знаменитая отечественная душегубица

Дарья Николаевна Салтыкова, в девичестве Иванова, после смерти мужа стала помещицей и владелицей  нескольких поместий и около 600 душ крепостных. За малейшие провинности она велела сечь крепостных розгами, часто – до смерти. Любила обливать девушек кипятком, вырывала волосы, велела насмерть забить батогами, поздней осенью загоняла в пруд и те умирали от переохлаждения.

«Это даже милость Божия — копать могилу, в которую сам ляжешь…» — думал отец Петр, пробивая лопатой земную плоть. — «Земнии убо от земли создахомся, и в землю туюжде пойдем, якоже повелел еси, Создавый мя и рекий ми: яко земля еси и в землю отыдеши, аможе вси человецы пойдем…» — вспомнил он слова из чинопоследования панихиды.

«Яко земля еси и в землю отыдеши» — повторял священник, копая могилу.

Человек был худ и сед. Сжатые тонкой нитью губы глядели уголками вниз и придавали его лицу выражение то ли отчаяния, то ли злобы, то ли просто угрюмости. Глаза же смотрели прямо, и ровно, не бегая из стороны в сторону. Покоен и гладок казался и широкой лоб человека. Две контрастные части лица – невозмутимую и тревожную - разделяли густые усы, рыжие с проседью, которые венчались острой седой бородкой.

Отец Николай сидел на лавочке возле храма.

Его лицо — простое и доброе лицо сельского священника — отражало всю его жизнь. Солнце — выжгло волосы, позолотило бороду и усы, ветер — сделал грубой кожу, труд иссушил щеки, а вера — осветила глаза. Глаза батюшки мягко, ласково, приветливо и как-то по-особенному кротко смотрели на этот мир и улыбались.

— Отец Николай, что домой не идешь? — окликнула батюшку баба Клава — седенькая раба Божия, закончив прибирать после службы церковь.

Дорогие омилийцы и гости сайта! В марте выходит в свет моя новая книга. С разрешения издателя представляю пролог романа «Пророк и цари», неотредактированный вариант, потому как он мне нравится больше, чем причесанный и приглаженный.

"Церковь свята, потому что свят Бог» (прот. о. Валентин Асмус).

Очень актуальны мысли протоиерея отца Валентина Асмуса о человеческом элементе в Церкви.

Их правильное понимание позволит нам противостоять тем злопыхателям, которые, невзирая на грехи собственные, и находясь вне Церкви, пытаются судить грехи чужие, исходя из глубины своего неведения.

Люди грешны и склонны к падению, вероотступничеству, Богозабвению и проч…

Это непреложная истина относится как к мирянину, так и к священнослужителю, прежде всего, потому что его положение налагает на него огромную ответственность перед Богом за души вверенных ему людей.

ПОВЕСТЬ О БЛАЖЕННОМ СТАРЦЕ НИКОЛАЕ ТОТЕМСКОМ

ГЛАВА 1. ДЕДУШКА

Отец Николай сидел на лавочке возле храма.

Его лицо – простое и доброе лицо сельского священника – отражало всю его жизнь. Солнце – выжгло волосы, позолотило бороду и усы, ветер – сделал грубой кожу, труд иссушил щеки , а вера – осветила глаза. Глаза батюшки мягко, ласково, приветливо и как-то по-особенному кротко смотрели на этот мир и улыбались.

- Отец Николай, что домой не идешь? – окликнула батюшку баба Клава – седенькая раба Божия - закончив прибирать после службы церковь.

- Да я дома. – откликнулся священник.

- И то. – согласилась старушка и, вытерев руки об подол, села рядом, продолжила:

- Давеча видала я Николку твоего, сиротку. Кур гонял.

Черемшан — единственный в мире сохранившийся старообрядческий монастырь второй половины XIX века в опасности (Саратовская область. Россия).

Старообрядцы Австралии, неравнодушная русская общественность разных конфессий обращаются к губернатору Саратовской области запретить демонтаж монастырских зданий, кощунственное устроение спортивных дорожек по кладбицу и признать старообрядческие монастырские объекты культурным наследием.

Успенский собор в монастыре был построен по личному разрешению императора Александра II (в тот период действовал запрет на постройку старообрядческих храмов). Это разрешение выхлопотал в 1879 году на личной аудиенции у царя бывший атаман всех задунайских казаков-некрасовцев Осип Гончаров, переехавший из Турции на Черемшан, принявший иноческий постриг с именем Иоасаф и умерший на рубеже 1879 и 1880 годов.

Очерк нравов

А пуще всего, Павлуша,
береги копейку…
Н.В. Гоголь. «Мертвые души»

В марте исполнилось двадцать пять лет со дня проведения Всесоюзного референдума о сохранении СССР. 76,43% граждан высказались тогда за сохранение Союза Советских Социалистических Республик как обновленной Федерации равноправных суверенных республик, в которой будут в полной мере гарантироваться права и свободы человека любой национальности. О том, как было учтено впоследствии мнение советских граждан, всем хорошо известно. Любопытно, что сталось с самими гражданами, как изменились они внутренне за эту четверть века.

Изучение человека и перемен, происходящих с ним, проще всего начать с обращения к продуктам его культурной деятельности. Словом, если кому-то в будущем придет в голову изучать нас, сирых, чтобы понять, что мы собой представляли, этот кто-кто обратится в первую очередь к произведениям нашей культуры. И тогда в лучшем случае он скажет о нас, что это было общество лгунов, пошляков и стяжателей. В худшем — общество шизофреников. И в любом случае — общество победившей посредственности.