Вы здесь

Миниатюры

Картофельные очистки

Бабушке моего мужа девяносто лет.

Она сидит на кухне за столом и чистит картофель. Кожура из-под ножа бабушки выползает тонкая и прозрачная, как лепестки цветов. Бабушка говорит: «Когда в Москве был голод, хлеб нам выдавали по карточкам. Мама утром хлеб порежет. Каждому по равному куску. И даст нам с братом наши куски: «Это вам на весь день». Брат сразу свой кусок съест, а я в платок заверну. За обедом мама спросит: «Сынок, где твой хлеб?» «Съел!» Мама тогда от своего отрежет половину и брату даст. А я на брата сердилась, что он мамин кусок ел».

Двум хозяйкам в моем доме не бывать!

Жизнь мне теперь в моем обжитом и уютном доме не мила. А все от того, что за время моего недолгого отсутствия- всего-то около пары недель была в отъезде, завелась незваная гостья. Осторожная и бесцеремонная одновременно.

А вчера вечером совсем совесть потеряла. Захожу на кухню, а она у плиты шастает!
           Утром сегодня мужу я так и заявила:
-Выбирай! Или я, или она! В доме двух хозяек быть не должно!
            
           Первые признаки ее присутствия я обнаружила сразу, как только приехала и зашла в столовую комнату. Налила святой воды в чашечку, протянула руку к розетке с высушенными кусочками просфоры, а она совершенно пустая. Даже крошечек нет. 

Рассказ старой щуки

       Живу в этом озере, со счета сбилась сколько лет. Никогда никуда не уезжала, да и незачем было. Вот, на старости лет, модничать приходится. «Пирсинг»-крючок в губе торчит- это тут рыбак жил в деревне на берегу, Павлом звали. Его отметина. Еле ноги унесла, ладно , хоть жива осталась. Теперь я повадки их  рыбацкие знаю, голыми руками меня не возьмешь.

Время прозревших

Ветер стихал: порывы ослабевали, крыша гремела чуть тише с каждым новым ударом ветра, а потоки воды, обрушившейся на дом, уже не ревели, а только легонько постукивали по окнам. Тепло от камина утвердилось в комнате и на кухне, обволакивая всех присутствующих теплой волной неги. Хотелось спать. Гости молчали в ожидании будущего. Человек в черном встал и расшевелил начавшие угасать поленья. Сотни искр брызнули по сторонам, но, не успев долететь до деревянного пола, погасли.

Шоколадка от младенца Христа

          ( из серии « Записки продавца иконной лавки»)

           Собирает Митя снег на устройство Рождественской пещеры- Вертепа по всей территории церковного двора. Скудна на снегопады нынешняя зима. Выпадет снег, а потом дождь его съедает почти без остатка. Найдено решение проблемы. Оградили часть двора у ограды деревянными щитами и набрасывают туда периодически появляющийся  снег в надежде, что так он не растает. Он и вправду лежит там двухметровым сугробом до поры до времени, пока очередной дождь не превращает его в серый бугорок.
                        А Рождество вот оно, совсем рядом и пора сооружать Вертеп.

Игра слов на кону Апокалипсиса...

потому что наша брань не против крови и плоти, но против начальств, против властей, против мироправителей тьмы века сего, против духов злобы поднебесной
(Еф. 6:12)

Иногда жизнь загоняет людей в тупик, из которого невозможно выбраться, если только не вытащишь сам себя за волосы…

Социальное государство рассыпалось в прах, патернализм превратился в пирамидальную структуру близкородственных корпораций, население забилось во все щели разрушенного общего дома, потихоньку спиваясь и вымирая на обочине чуждого бытия, в котором каждый человек-винтик будет посчитан и учтен для пожизненного заключения в рабовладельческую матрицу узаконенной эксплуатации…

Что-то пустое стало заполенным внутри меня...

Как вы думаете, кто это написал: «Я поняла, что жизнь проходит быстро, поняла, что ты можешь сделать сегодня, не откладывай это на завтра»?

Или вот это: «Я почувствовал, будто что-то пустое стало заполненным внутри меня…»

Я привела строчки из сочинений шестиклассников, которые приходили на экскурсию в наш храм и общались с настоятелем – отцом Валерианом (Кречетовым). После экскурсии ребят попросили написать небольшие отзывы о своих впечатлениях. И дали им на это всего 15 минут. Прочитав эти отзывы, батюшка был потрясен, насколько же тонко детские души чувствуют благодать Божию.

Молитва разбойника...

В госпитале было скучно до почечных колик…

Сервантес читал книжки «про шпионов» и прочую детективную дребедень-развлекуху для активизации лобных долей незагруженного мозга…

Ничего не помогало… 

Тоска давила невыносимой тяжестью бессмысленности оставшейся жизни, душа беззвучно рыдала, сердце болело в тисках неизжитых страстей и невыполненных обещаний…

Внутри что-то сломалось и теперь беспорядочно агонизировало…

Сервантес принципиально не употреблял спиртного, а потому не мог расслабиться в условиях неструктурированного времени…

Воспоминания угнетали неискупленными грехами, инфантильными комплексами и всем-всем-всем заархивированным хламом сатанинских глубин, угрожающе притаившимся в душевной бездне до последнего судного часа… 

Мой Ангел

Из цикла «Зачем мы здесь?», 2003

***

Когда одному человеку
          становится плохо,
                то другой человек,
                     приходя на помощь,
                      становится для него ангелом…

***

 Хорошо быть ангелом. Он среднего рода, никакие неожиданности и страсти ему не грозят − служба у него такая. Он как конвой, который сопровождает свой объект до самого конца его следования, что бы ни случилось… Быть ангелом, наверное, лучше, чем быть человеком − меньше свободы для выбора, значит, легче выполнять программу.

Программа для человека − прожить жизнь, а программа для ангела несколько иная, она − над жизнью.

О жизни…

 ЕСЛИ БЫ МЕНЯ СПРОСИЛИ: ЧТО ТАКОЕ…

  ЖИЗНЬ

Живу, содрогаясь от ветра,
Вернее, от семи ветров сразу.
Дует со всех сторон,
А я боюсь сквозняков.

Но не могу
        сдвинуться с места -
                привязана накрепко
                                          ко времени.

Бытие определяет квартирную боль

Известный таганрогский мудрец Беня Изральевич Михельсон, автор многотомного труда о счастии-злосчастии, как-то за кружкой пива сказал:

- Счастье - это когда с тобой рядом счастливая жена. И не важно, что в одной спаленке бок о бок с тобой ютятся: её капризная трехлетняя дочь от третьего брака и её первенец - угрюмый двадцатилетний сын с шумливой молодой супружницей и вечно плачущим грудным ребенком; на кухне загадочно обитает теща с гражданским мужем, у которого есть любимый многодетный сынок,коротающий тяжёлые невзгоды в коридорчике, а в прихожей, метр на полтора, скрепят половицами тещина бабушка и какой-то приблудный дедушка.

Не печалься. Главное, что  все вы вместе.

Дневник, которого не было...

В последнее время стал плохо видеть. Купил очки. Теперь вижу практически все, но через стекло, гадательно, по слову Апостола Павла, я бы еще добавил: бесстыдно, отстраненно, как наблюдатель, но не соучастник жизни…

Ну да ладно. К черту всю эту пафосную философию убогих калек гиперактивного разума. Будем трудиться, трудиться, и еще раз – трудиться, чтобы из перестроечных обезьян превратиться в ломовых лошадей новоявленного капитализма с нечеловеческим рылом упыря и садиста…

В понедельник надо сверхсрочно сдать шефу проект о добывании денег из ничего, в котором заложено все: инвесторы, заказчики, клиенты, душа, тело, судьба, машина, дача, квартира…

Как правильно выйти замуж, где взять деньги и как избежать мытья посуды...

Как-то наша пятиклассница Маша спросила, что такое форс-мажор. Папа объяснил и привёл пример:

– Вот идёшь ты в школу и вдруг падаешь в грязь. Школа отменяется.

Маше такой форс-мажор понравился, когда школа отменяется.

– Болезнь тоже можно форс-мажором назвать, – сказала я.

– Нет, – возразила Маша. – Если болезнь, то это форс-минор.

Обо мне, о волках и о бабушках

Последнее время от младшей узнаю столько интересного о себе. Например, на днях Оля сообщила:

– У тебя уши длинные, глаза косые, а хвостик маленький.

Ну вот, хоть кто-то нашёлся, кто сказал мне всю правду… А еще Оля очень интересовалась, почему у меня на носу не растут волосы. Действительно, почему? Наверное, потому что хвостик маленький…

(Примечание (для тех, кто не в теме): на самом деле это фразы из мультиков про Заюшкину избушку и про Умку)

Воск юности

Мой батя в юности был черным старателем.

Летом после девятого класса он повез меня в тайгу на свой заветный ручей. Кризис сорока лет, понимаешь.
Прибыли, обосновались. Батя сказал, что в этом месте гнездо.
Взяли кайло, лопаты, лотки, и пошли стараться. Примечаю, а батя стишка так плачет. Показал мне, что и как.
Моем на пару. Он еще тройку дельных советов дал. Сам помыл немного, и вверх по ручью ушел.

Вернулся, показывает мне на ладони:

- Ходил на верх. Место там зачетное. На куске синюги вот налипло, как на елке игрушек.

Одна песня

Уважение к чужой песне сердца - критерий человечности. Равнодушие в людях и мертвенная глупость развиваются от равнодушия к песне: и своей, и чужой. Своя песня напрямую связана с песней другого, потому что это в принципе ОДНА ПЕСНЯ, но спетая разными голосами. Люди порой свою болтовню ценят выше чужой песни - верный признак того, что и своя песня им мало знакома.
Разумеется, в нас есть природная подглуховатость к тому, чего не знаешь (и к голосу другого). Но в Песне, как в день Пятидесятницы, все границы между голосами-языками становятся условными, слышимость достигается каким-то иным  путём - не тем, что обычно. Об этом «всезнании» говорится, что душевный о духовном судить не может, но духовный судит обо всём. Правильно судит, потому что не из себя, а из песни.
Песня - это молчание.

Почему мир погибнет?

Мой сосед сегодня слишком громко говорил со своим Богом, и я невольно всё слышала и даже записала их разговор.
- Бог, - сказал сосед, смеясь, - я так много позитивных картинок размещаю в социальных сетях, столько ставлю лайков под красивыми изречениями мудрецов,  всё это делают и многие другие люди - почему же мир становится всё хуже?
- Я смотрю в твоё сердце, - ответил Бог.
- Я так много молюсь, так много плачу - почему Ты не отвечаешь на мои молитвы? - спросил сосед.
- Я смотрю в твоё сердце, - ответил Бог.
- И что же Ты видишь там?
- Самодовольство.
- Я же произношу святые слова молитв, сочинённых святыми людьми - разве этого мало Тебе?
- Этого мало тебе, - ответил Бог...

Жажда жизни в тупике смерти...

Есть лишь одна проблема — одна-единственная в мире — вернуть людям духовное содержание, духовные заботы… 
                                                    Антуан де Сент-Экзюпери

Индивидуальное сознание каждого мыслящего существа стремится выйти за пределы имманентного существования...

Эта жажда беспредельности есть экспансия жизни за грань неизвестного, неизведанного и пугающего, но манящего…

Душа, понимаемая как эманация духа, запечатанного в теле, есть трансцендентная энтелехия одинокого смертника, бренного узника органического круговорота - в Вечную Жизнь…

Но как обрести путеводительницу – светоносную нить Ариадны, ведущую странника из лабиринта всепожирающего Хроноса?

Единственное, что я умею...

Единственное, что я умею - искать и находить истину. Почему умею? Потому что Она меня тоже ищет, и ещё потому что я знаю, что ничего не знаю. Это главное, чему я научилась в своей жизни.
А вот устраиваться в этой самой жизни я совершенно не умею. И не научусь никогда. Как-то так устроено: даётся либо одно, либо другое.  
Некоторым, правда, удаётся отчасти совмещать - но это не потому, что они умеют, а потому что им даётся и другое - само. Такова диалектика жизни...

* * *

Единственный способ знать истину - это её не знать, но всегда искать (жаждать, умирать без неё). Всегда - в смысле непрерывно. Истина тоже непрерывна.
Как только перестал искать истину или  решил, что сам что-то знаешь, тут же утрачиваешь её.

* * *

Кстати, это как раз суть различия между Западом и Россией: даётся либо то, либо другое. России дано другое. Было дано...

Страницы