Вы здесь

Поэзия

"Я созерцаю роз цветенье ..."

…Древние обожествляли этот роскошный, первенствующий в мифологии цветок, приписывая ему происхождение из слёз Венеры и крови Адониса…

…Красная моховая роза возникла из капель крови Христовой, струившейся по кресту. Ангелы собирали её в золотые чаши, но несколько капель упали на мох, из них выросла роза, ярко-красный цвет которой должен напоминать о пролитой за наши грехи крови.

 

 

Я созерцаю роз цветенье –

Багряных, сказочных светил,

И распрямляются сомненья

Моих уставших, крепких крыл.

 

Из лепестков алеют замки,

Где совершенства виден взмах.

В них каждый миг как будто замер,

Плывя в бескрайних небесах.

 

Я созерцаю древность мира,

Легенд и мифов силуэт,

С нежностью наедине

Спит мальчишечка в кроватке

Сладко – сладко, сладко – сладко,

Теплится в углу лампадка

Кротко – ярко, тихо – сладко.

 

Снится ли ему лошадка

Под попонкой алой, яркой?

Или, может, Волга барки

В край несёт степной и жаркий?

 

Или это просто – папа

Со щеки слезу украдкой?..

Спит мальчишечка в кроватке

Сладко – сладко, сладко – сладко.

Прикосновение

Позвонят – не отвечу,

Постучат, не открою.

В общем, вечер как вечер,

Со своей суетою.

Но отчаянно хочется

Одиночества.

 

Сжалась в воздухе стылом

Непонятная сила.

Как давно это было,

Как давно это было,

Словно чувствуешь заново –

Несказанное.

 

Что-то кануло в Лету,

Что-то лживо да живо.

Листья, будто приветы

От друзей терпеливых.

Остаётся бесславное

Всё выравнивать…

2019

Осенние венцы

Нынче осень венчается с солнцем.
Золотое сиянье разлито повсюду.
Отражается в каждом оконце,
Где живут ожиданием чуда.

Ветер кружит кленовые листья,
В этом вихре сплетая корону.
И рябины тяжёлые кисти
Понуждают ветви к поклону.

Ткань пейзажа – источник света,
Динамично подвижный орнамент.
В облаках начинается где-то,
Что раскинуты в небе шелками.

…Я стою незаметно в притворе,
Среди елей и сумрачных сосен,
И за праздника яркой канвою
Наблюдаю застенчивым гостем.

2018

Солнце-лейка поливает город...

Солнце-лейка поливает город
не дождём, а светом и теплом —
запотевших душ незримый холод
тает, как мороженого ком.

Летняя простуда уступает
скромному осеннему огню:
каждый пеший в солнце утопает.
Я, как голубь в стае, гомоню

с лучиками — братьями по крови,
небу шлю свой радостный «курлык».
Листьев ткань становится багровей,
предвкушая журавлиный крик.

5 сентября 2019

Власть осени - надолго и всерьез

А день сегодня хмурый и туманный.
Власть осени - надолго и всерьез.
Она приходит, как всегда, нежданно 
И листики ворует у берез.

Не надо, холод... Погоди немного.
Ведь память о тепле еще жива. 
Но над домами, школой и дорогой
Кружит, кружит осенняя листва.

Кого любить?

Кого любить? Да тех, кого нам дали
Безжалостные наши времена,
Кто с нами будет в скорби и в печали,
Кто стар уже и пострадал сполна, 

И тех, кто молод и неосторожен,
Кто не готов по терниям пройти.
…Любовью жалость сделаться не может.
Любовь одна спасает мир...  Так что же?
……………………………………………
А время вынимает меч из ножен
И сторожит счастливые пути.                                                 

                                                                                        Ноябрь 2002 г., в редакции декабря 2017 г. 

Спасительный берег

Ни ветра, ни птиц, лишь гнетущая высь

Да мокрые ветви ореха.

И даже стихи от меня отреклись,

Оставив тревожное эхо.

 

Мой утренний рай, начиная с пяти,

Куда - то исчез незаметно.

И мне эту бездну нести и нести,

Как муку любви безответной.

 

Вот так и живёшь: сам себе режиссёр

В каком-то кино чёрно-белом.

Ушло вдохновенье. Исчезло и всё.

И тут ничего не поделать.

 

Ну, здравствуйте что ли, «Осенний синдром»!

Тут спорить, наверное, глупо.

И хочется думать о чём-то таком,

Чего просто так не нащупать.

 

Спасительный берег – моё забытьё.

Блуждаю по памяти где-то.

Пытаюсь себя одолжить у неё,

Но нужно совсем ведь не это.

 

Полнолуние над городом

Над мегаполисом – мегалуна
проплывает низко над горизонтом.
Золотая рыбка у самого дна,
окружённая звёздным эскортом.

Остановится, долго глядит
на волненье людского потока.
В даль уходят седые ладьи
облаков, а она словно ищет кого-то.

Не смотри на меня, госпожа.
Я старик, но не тот, что у моря,
крепко к сердцу ладони прижав,
пред тобою выплакивал горе.

Каменистое дно городов
для меня уже стало не чуждым,
где под яркой грядой куполов –
всё богатство добрых жемчужин.

2019

Что за мудрость у эльфийских песен!

Что за мудрость у эльфийских песен!

Им и вправду можно доверять:

Что весь мир для доброго чудесен,

И что счастье знает, где нас ждать.

 

И не знаю, нужно ль удивляться,

Что и тролль и умник и осёл

Этих песен красоты боятся,

Повторяя нудно: «Что за вздор?!.»

Приношение эльфийской деве

Поклонясь сиянью светлому, неземному,

На земле просиявшу сквозь жизнь твою;

– Тонкость эльфов в тебе возродилась снова –

И об этом я восторженно песнь пою!

 

Пусть не слышат, пусть глухие тут всюду ходят,

Пусть твердят: «К чему тонкости в мире слёз?»,

Но я знаю – красота ненапрасно всходит,

И недаром поэт пред ней песнь вознёс!

Твои неправды — хлеб людей неправых...

М.Ц.

Твои неправды — хлеб людей неправых,
я помяну величие твоё.
Нет до сих пор на свете песен равных,
в которых привкус смертный затаён,

но дарит жизни торжество и веру
обычными скоплениями букв,
не признавая в этом полумеры,
беря в кольцо всегда крылатых рук.

Слова крылаты ранами сердечными,
они — как дети, от всего зависят;
слова избиты сплетнями беспечными,
но песни вечные их всё равно превысят.

Твой голос щедр, он россыпями звёздными
питает небо — даже после смерти.
Слова твои для многих стали гнёздами,
в них птицами живут — слух не инертен.

26 августа 2019

Пища богов — стихи

Пища богов  — стихи, поэзия. Нектар  — это и есть поэзия. Слова внутри полны этим божественным нектаром, который собирают поэты, словно пчёлы, для своих творений.

Чтобы прочесть стихотворение, надо впитывать в себя нектар Слова, а не считывать внешние слова. Внешнее  — лишь упаковка, слова - это всего лишь сосуды: бокалы и чаши, в которых помещается то, что следует выпить и съесть.

И это вовсе не содержание в привычном понимании. Поэзия — это, скорее, искры, выскакивающие при трении содержаний. Она выныривает как бы незаконно, не по причине слов и содержаний — она вне их, над ними. Не из них, а как бы мимо них. Вместо них. Поэзия — случайная смысловая вспышка между словами и привычными смыслами. Она — избыток, бонус, сверхсодержание, которое нигде не содержится, но присутствует. Потому в поэзии такие необычные сплетения слов.
Да, поэзия это своего рода коса, в которую вплетены реки, текущие внутри слов и смыслов. Она поблёскивает на поверхности текстов, подобно солнечным бликам на поверхности реки. Надо ли выпить реку, чтобы, выпить блики? Как выпить блики? 

Поэзия  — это танец божественного, осуществляемый на поверхности реки сознания.

Мы все здесь когда-то жили...

Я видела за горами,
Как сосны танцуют с ветром,
У линии фронта с нами,
Идущими метр за метром.

И в новой иной юдоли
Мы выжжем на сердце слово,
И, прячась от горькой доли,
Не будем на всё готовы.

Не ради земной наживы
Здесь солнце в ладонях плавят,
Мы умерли, хоть и живы,
Стоим у земли заставы.

А мальчики с сердцем Кая
Ждут Герды в своем смартфоне,
Как будто добыли рая
С экранного в лайках фона.

И плавят уже не солнце,
И слово давно забыли,
Там – сосны, здесь мира донце,
Мы все здесь когда-то жили.

И я ожидала счастья
Сто ликов и дом в придачу,
Но мне не хватает власти
Купить это все на сдачу.

Родниковой воды зачерпну

Родниковой воды зачерпну,

Будто прошлую жизнь зачеркну.

Отопью и над сладкой водой

Распрямлюсь молодой, молодой!

Потечет меж ладоней вода.

Затокует, засвищет в бору!

Я на свете не жил никогда.

Никогда, никогда не умру!

С долгим криком потянется нить

Вдаль зовущих меня лебедей.

Почему, чтобы жизнь полюбить,

Нужно к соснам уйти от людей?

Мне кажется, что я старик.

Мне кажется, что я старик.

Смакую жизни каждый миг.

Смотрю на звезды, дождь, траву —

Последний день живу!

Мне летний вечер, как вино.

Я жизни смысл постиг давно.

Он в том, чтоб волнам вопреки

Увидеть глубь реки.

Не слушать шёпоты молвы,

А слушать шорохи травы,

Смотреть на искры от костра

И слышать комара.

И вдруг, теряясь в звёздной мгле,

Забыть о горестной Земле,

И веру потерять в рассвет,

И в то, что Бога нет.

И вновь понять, что нет идей

Священнее, чем жизнь людей,

Что в звездной холодно дали,

Что нет другой Земли.

Что люди слепы, а не злы,

Что нет ни славы, ни хулы,

Что сам меж ними столько лет

Мечусь и слаб, и слеп!

Кто знает, сколько нам осталось

Кто знает, сколько нам осталось

Смотреть на звезды и траву.

Душа, познавшая усталость,

Истает в зыбкую молву…

А мы твердим, что счастья нет,

Что всё приходит слишком поздно.

Как нестерпимо небо звёздно,

Как нежен над рекой рассвет!

Зыбкая пора

Давайте выпьем алкоголя.

Врачует души алкоголь!

На все твоя и божья воля.

Твоя и божья. В этом соль!

Гони шальную мысль о счастье.

Опять дороги замело!

Запорошило в одночасье:

Белым-бело, белым-бело!

Луна повесилась над полем —

Никто не снимет до утра.

Давайте выпьем алкоголя…

Такая зыбкая пора!

А правда ли, что я рождён

А правда ли, что я рождён

Однажды женщиной земною?

И как я оказался мною?

За что и кем я награждён?

И почему шуршанье трав,

И треск костра, и шелест листьев

Мне ближе Шуберта и Листа,

А крик ночной внушает страх?

И можно ли не верить снам,

Когда, роняя лоб на руку,

Вновь вижу я собаку к другу,

К добру, а ягоды к слезам?

Я не рожден — я жил всегда!

Я помню всё: звериный голод,

И жар костра, и камня холод,

И гордых мамонтов стада,

В ночи раздавленного крик,

Дрожь, пробежавшую под кожей,

И то, как страхом перекошен

Был умирающего лик,

Как по косматому лицу,

Сверкая, ягоды катились,

И слезы на кустах светились,

Страницы