Вы здесь

Поэзия

Отзолотилась осень...

Отзолотилась осень бабьим летом,
мелькает серых дней круговорот.
Уже, дождем и холодом одетый,
ноябрь воду прямо в окна льет.

Деревья в парке тихо засыпают,
дрожат от холода последние цветы,
дворы и скверы о весне мечтают,
роняют листья вдоль аллей кусты...

А в воздухе, прозрачном и холодном,
услышать можно вдруг дыхание зимы.
И утром - новым, звонким и морозным,
по снегу убежать от грусти и хандры.

Моя Пасха

В душе - весна,
В устах - "Христос воскресе!"
И легок путь,
И даль светлым-светла.
На срезе жизни 
И на сердца срезе
Как на ладони
Суть моя видна.
Забыв обиды,
Примирившись с миром,
Иду по жизни, 
Руки распахнув.
Обнять бы всех,
Сказать, как в Книге: "Мир вам!
И беспечален пусть 
Ваш к Богу путь."

Запах прошлого

 

Небо скучное отдыхает,
Небу точно не до меня.
Ностальгия – как боль зубная,
Словно ей не хватило дня.

Неспокойная эта память –
Бесконечный водоворот,
Сквозь который глядишь часами,
Забывая и день, и год.

Поиграешь с собой в молчанку,
И, устав от такой игры,
Одиночеством наизнанку
Укрываешься до поры.

До рассвета во тьме кромешной,
Где пытаешься  наизусть
Процитировать безуспешно
Музыкальную чью-то грусть.

И, сфальшивив на третьей ноте,
Пробормочешь ворчливо: «Нет,
Это надо же, как вы лжёте!
Боже мой. Суета сует».

Время чёрное, как котёнок,
Ночь облизывает в окне…
Слишком тонок он, слишком тонок
Запах прошлого в тишине.

Теснота

Если сердце зажмут, 
как пальцы в дверном проёме —
закричит неуёмность утр,
что мир — огромен:
места хватит для всех.
Безумием страсти тёмен,
грех желает утех
средь тех, чей бог нескромен.
Беззаконные  плачут звери:
цветы и песни
не растут в их узкие двери —
бездушно тесные.

Поцарапать сердце святого — вдвойне неопасно...

Поцарапать сердце святого — вдвойне неопасно,
оттого, наверное, люди царапают страстно
небеса друг другу. Все, видимо, ищут святыню,
но находят чаще хранимую втайне гордыню.
Лишь святые души внимают молитвам порезов 
и сердечным жаром сжигают деяния бесов.

Мысли, слова и память...

           *   *   * 

Мысли, слова и память -

вольные дети земли;

время придёт, - корнями

ввысь начинают расти;

мнимая  чаша заката

жжёт без вины  облака,

пьёт их, и безвозвратна,

необратима вода
в зеркале русла. Звук тает,

прежним  в него не войти;

жгучей прапамяти стаи 

клином застыли  в груди,

чтоб самому однажды

подле священных стен

выкрикнуть слово жажды,

к небу воззвав с колен.

 

18.11.2017г.

На кормушку птичка прилетела...

На кормушку птичка прилетела,
видно кушать птичка захотела,
но в кормушке пустота лежала
и пустой живот не ублажала.
Так ждала голубка: вдруг придут
проса и пшенички принесут.
На глаза тоска надела шоры,
голос слыша: «Вечные обжоры!»
Птичка не сердилась, не звала,
птичка до последнего ждала.
Был же человек такой когда-то:
птиц кормил - и был, казалось, рад он.

Когда изваляют в грязи...

Когда изваляют в грязи 
и к свиньям причислят по-братски,
ты помни, что неотразим
Христос был в страданиях адских.
Он знал неуют, был гоним,
над ним надругаться мог каждый -
Честнейшая Серафим
теснила страдание жаждой.
Жизнь выросла - стала Крестом,
и мы на Кресте том травицей
душой в бесконечность растём,
как юная Отроковица.
Травинки сквозь сердце пройдут
мечами - всё сбудется снова.
Но веры Слова «не прейдут» -
в них будущий мир именован.

Жёлтая страна

Вот и проснулись мы в жёлтой стране.
Как же здесь радостно, боже!
Снова с  ума кто-то сходит по мне,
Я, в общем, медленно тоже.

Много ли было таких октябрей,
Ласковых, много ли было,
Где б удалось разорвать серость дней,
Жизнь полюбить с новой силой?

И миг без счета секунд и дней...

Опять безликий и тайный "некий"

Приговорил на поиск людей земли,

В неоне спали вокруг аптеки,

Как будто прятались за фонарный лик

для тех, кто вынул печаль и четки,

и вышел мерить словами свет,

стоял здесь воин – давно не кроткий

с мечом и горем в сухой листве.

Трёхсотлетняя свеча. Поэма

Посвящается всегдашней памяти Великой русской катастрофы.

                            …Мой век,
в уничтожение влюбленный.
                            А.Блок

Точка отсчета

                1
Солнце неподвижно на небе,
но дрожит отражение в море.
Где истина, где искажение?
Не здесь ли причина мирового горя,
разлитого как море?

Листья

Ныли нервы. Рвала жилы

Неизвестность. 

Жгла огнём.

Листья бешено кружились

И кружились за окном.

 

Ни смириться, ни молиться,

Ничего такого нет.

Память высветила лица.

Как живые. Что за бред?

Берутся за руки слова

К 120-летию Будянской библиотеки.
Посвящается тем, кто открывает нам мир книги.
 

Берутся за руки слова
И на листы, кружась, садятся,
И за главой идёт глава,
Где будут вновь и вновь влюбляться.

Канцона

Весь свет сполна у солнца взяв

Его глазам твоим дарю,

Чтоб тот, кто о тебе не знал,

Тебе сказал: «Благодарю».

 

Чтоб путник, что устал идти,

Спустя века читая стих,

Услышал в сердце тот мотив

О красоте путей твоих…

Предчувствие

Ваш берег, мой берег...

Лёгким явно чего-то недостаёт.
Кто поэту подаст чуточку неба?
Поделить кислород?
Порционно? Посуточно? На потребу?
Неуютно мне, холодно в чуждом мирке.

Ваш берег, мой берег...

Я покинула берега - живу в реке.
Кто продаст поэту чуточку неба,
что хранится даром в каждом цветке?

Ваш берег, мой берег...

Доблестным российским воинам, исполняющим cвой долг в Сирии, посвящается.

Доблестным российским  воинам, исполняющим

cвой долг в Сирии, посвящается.

 

Знают все: по вере воздается.

Серафиме, защити ребят!

С давних пор так на Руси ведется.

Жизнь за други  отдает солдат.

“О чём писать?” – второй вопрос

“О чём писать?” – второй вопрос.
Спроси себя, поэт: “Зачем 
Ты открываешь душу тем, 
Кому не нужен сам Христос?”

Я не могу найти ответа,
Но, тем не менее, пишу,
Пишу невольно, как дышу.
Кто объяснить мне может это?

Не для спасенья ли души
Сказал мне ангел мой: ”Пиши!”?

6 ноября 2017 г.

В потоке судьбоносных лет...

В потоке судьбоносных лет,
Шагнуть желая к лучшей доле,
Боготворя любой просвет,
О возрожденье мы глаголем.

Взирать стремимся высокó
И в ризы Истины одеться!
Увы, от Бога далеко
Народа суетное сердце.

За то, что смели долго спать,
К святыням едкое ехидство –
Придётся слёзно пожинать
Бесчестье, глупость и бесстыдство, 

Пока, почтив духовный труд,
Руси воспрявшей поколенья
Вратами Правды не войдут
В обитель Веры и Прозренья.

1.08.2012 г. 

Мы - дальние люди...

Мы - дальние люди, от вас далеко,
за солнцем запрятаны лица,
за временем выжить не так и легко,
неслись до конечности птицы.
Кричали и плакали, в горы и высь,
до самой высокой надежды,
я - радуга мира, упав до листвы,
сомкнула у вечности вежды.

Не думайте, ветер не бьет по устам,
а утром так жалобно пели
гагары на серых колючих кустах
в свои золотые свирели.
Мы ждали отрады, а выпал лишь снег,
растаял от первого солнца.
Не вымерить боль, не измерить и бег,
а выпить придется до донца.

Страницы