Омилия

У поэта два царства: одно из лучей
Ярко блещет — лазурное, ясное;
А другое безмесячной ночи темней,
Как глухая темница ненастное.
В темном царстве влачится ряд пасмурных дней,
А в лазурном — мгновенье прекрасное.

10 ноября 2014 г. на Первом канале стартует показ 10-серийного документального фильма известного американского режиссёра Оливера Стоуна «Нерассказанная история США». Кинопроект приподнимает завесу над «белыми пятнами» американской истории, затрагивая основные вехи политики США начиная с 1940-х годов до наших дней, и приходит к выводу о том, что большинство «промахов» американцев обусловлены ограниченностью их менталитета.

В интервью «Российской газете» Оливер Стоун рассказал о зарождении идеи создания фильма, вдохновлённого написанной им ранее книгой: «Я начал работать над „Нерассказанной историей США“ вместе с историком Питером Кузником и группой его молодых выпускников-исследователей. Кузник специализируется на „холодной войне“ и истории ядерных исследований. Вместе мы решили снять картину об Америке, в которой была бы сделана попытка осмыслить нашу историю и политику, понять, как мы стали теми, кем стали». Стоун признался, что не изучал историю, а всегда был режиссёром драматических фильмов, однако у него и у многих людей в стране было чувство, что в политике США «что-то неправильно», в чём хотелось разобраться. Например, ему хотелось понять феномен Джорджа Буша. Для Стоуна всё, через что пришлось пройти стране начиная с 11 сентября 2001 года, было личным кошмаром. В фильме он показывает, что Буш является продуктом политики «холодной войны», которая формировалась в США после Второй мировой войны, однако приводит и примеры противоположных ему лидеров — Кеннеди и Рузвельта: «Мы рассказали о многих моментах американской истории, когда она могла бы пойти по альтернативному пути», — сообщил режиссёр.

Эмили Дикинсон при жизни не издала ни одной своей книги Ее как поэта не знала не только Америка, но даже ближайшие соседи. О ней можно сказать, что она прожила в безвестности, но через несколько лет появление ее стихов в печати стало литературной сенсацией — и маленький городок Амхерст, в котором она жила, вошел в историю как родина Эмили Дикинсон. Она стала классиком американской литературы.

Биография ее не насыщена событиями, их почти совсем нет. Эмили жила в отцовском доме, редко выходила в город, позднее вообще перестала покидать свою комнату, общалась только с домашними да письмами с несколькими людьми. У нее не было бурных романов и вообще каких-то любовных сюжетов, которые бы отразились в творчестве, хотя некоторые исследователи считают, что были несколько раз влюбленности, оставшиеся со стороны возлюбленных безответными.

* * *
Если мне живой не встретить
Птиц, вернувшихся на небо,
Брось одной из них, что в красном,
Поминальный мякиш хлеба.

Если я тебе спасибо,
Задремав, сказать забуду,
Знай, что этого хотели
Мои каменные губы.

В Новосибирске с 20 по 22 ноября пройдет Всероссийский литературный фестиваль «Белое пятно», принять участие в котором приедут писатели, литературоведы и критики не только из Москвы и Санкт-Петербурга, но и из других городов России и мира.

В частности, участниками фестиваля станут московские писатели Майя Кучерская, Михаил Елизаров, Марина Бородицкая и Марина Москвина, Елена Чижова (Санкт-Петербург), а также Виталий Сероклинов (Новосибирск), Марсель Байер, Роман Эрлих, Ангелика Майер (Берлин) и Энн Коттен (Вена), Мария Бершадская (Минск) и Петр Бормор (Иерусалим).

История падшего ангела не была рассказана в Священном Писании внятно, подробно и непротиворечиво; любой христианский автор, взявшийся за ее пересказ, так или иначе занимался реконструкцией, расшивал по скудной канве — при этом он был вынужден на свой страх и риск заполнять многочисленные пустоты и разрешать противоречия. Канва (библейские речения, относимые святыми отцами к дьяволу) с пустотами — проблемными, неясными моментами в целом выглядела примерно так. Дьявол в прошлом — «денница, сын зари» (верховный ангел, архангел?); он однажды испытал «гордыню» (но по какой причине?), а также «зависть» (но зависть к кому: к Богу, человеку? И испытал он ее до своего падения или после?), «оставил свое жилище» и решил «выше звезд Божиих вознести свой престол» (но если он, как ангел, обладал блаженством всеведения, то как он мог не предвидеть роковых последствий своей гордыни? — этим вопросом впервые, кажется, задался Августин). Далее он «спал с неба, как молния», и то ли «разбился о землю», то ли «низвержен в ад». Он связан «узами адского мрака», ожидает в аду суда и наказания. Это, однако, не мешает ему быть «князем, господствующим в воздухе», или же «ходить, как рыкающий лев, ища, кого поглотить»: дьявол то ли под землей, то ли на земле, то ли в воздухе. Он «князь мира» — и в то же время князь смерти: «имеющий державу смерти».