Не поддержав монархию во время Февральской революции, церковные иерархи вернули институт патриаршества, но утратили роль идеологических лидеров общества.
Восьмого марта исполнилось 95 лет с начала Февральской революции (по старому стилю 23 февраля). Специалисты до сих пор спорят, была ли она вызвана объективными причинами, явилась ли следствием ошибок царского правительства или деятельности революционеров и заговора либералов. Так, известный российский историк Борис Миронов считает, что объективных предпосылок для революции не было. И в интервью нашему журналу (см. «Триста лет полет нормальный» в «Эксперте» № 43 за 2008 год) он, в частности, сказал: «Важную роль играли субъективные факторы: утопизм и нетерпеливость русской интеллектуальной элиты — интеллигенции и даже части предпринимателей, их желание вырвать власть у монархии. Февральской революции предшествовали десятилетия революционной пропаганды, и ее стихийный характер обоснованно подвергается сомнению. Выступления рабочих и солдат, которые обеспечили победу революции и которые долгое время считались стихийными, на самом деле долго и тщательно готовились: от замысла, созревшего осенью 1915-го, до его реализации прошло полтора года. Рабочие провоцировались на забастовки намеренным закрытием предприятий; со стороны заводской администрации бастующих ждало сочувствие и вознаграждение. Каждому солдату, вовлеченному в военную организацию, ежедневно отпускалась из „революционного фонда“ значительная сумма денег».