Вы здесь

Инна Сапега. Дневники

Букет мимоз

Годовалая Люша стоит у зеркала. Она нашла бабушкины бусы и пытается их нацепить на голову. Когда это у неё получается, она поворачивается ко мне.

- Люшка! Какая же красивая! - восхищаюсь я. Но ей нужно больше восхищения, и она тянет меня за руку к Димке.

- Димочка, смотри, правда мы красивые?

Сынок, не поднимая глаз от игрушек, бубнит:

- Красивые-красивые. Очень красивые. - он уже научился у папы, что ответить все-таки нужно, даже на бесполезные женские вопросы. Особенно на них.

Мама Наташи

Утром 21 сентября, мы открыли глаза и поняли: в храм не дойдем, даже вряд ли слезем с кроватей. Заболели все: мама и дети.

Я давно так не болела — температура 38,9, знобит, руки трясутся, голова квадратная, даже печку не могу разжечь. Хочется одного — закрыть глаза и свернуться калачиком.

А мы с детьми в доме — одни. Папа служит в городе.

Кто сильнее

Дети сильнее взрослых. Чище, проще и сильнее. Может, потому взрослым порой и хочется сокрушить эту детскую силу, чтобы самим не казаться слабыми? Как будто выиграв в борьбе с ребенком, можно доказать свою состоятельность. Как родителя, как педагога, как взрослого человека...

«Послушайте, мамаша, Ваш сын ест снег!» — подходит ко мне на горке чей-то папа.

«Спасибо!» — честно скажу, я почти пропускаю его слова мимо ушей, сейчас я поглощена своим вторым ребенком, маленькой дочкой, сидящей у меня в рюкзачке и хныкающей.

«И Вы так спокойно...» — возмущается чужой папа.

Поднимаю глаза: «А Вы что в детстве снег не ели? Я — ела!»

В день Рождества Пресвятой Богородицы

В цикличности церковной жизни есть определенная мудрость и гармоничность. Каждый год мы переживаем одни и те же события из жизни Христа, Божией Матери и апостолов. И каждый год эти события могут приобретать для нас новый смысл, высвечиваться чем-то ранее неведомым и в то же время близким нам сегодняшним. Ведь за год мы изменились, изменился наш опыт, наше мироощущение и даже, возможно, наше восприятие самих себя.

Сегодня Рождество Пресвятой Богородицы. В этот год я думаю о Иоакиме и Анне.

Два уже немолодых человека, муж и жена, испивших вместе боль неплодства и не осудивших друг друга, не предавших святость брака, не возроптавших на свою долю. Они любили друг друга. Они друг друга понимали. И в то же время стояли на грани отчаяния, и каждый в одиночестве искал излечения истосковавшийся души. Иоаким ушел в пустыню, где молился, проводя дни в посте. А Анна ждала его дома, терзая себя горькими думами.

О послушании

Когда я только пришла к вере, большое недоумение у меня вызывала добродетель послушания.

Я жила в городе, где по сути — каждый сам за себя. «Твои решения — твоя ответственность» — слышала я с детства. — «Не перекладывай свои заботы, на чужие плечи!» А тут вдруг: «Послушание — выше поста и молитвы...» Что это за послушание такое? И кого, а главное — зачем мы должны слушаться? Разве другой знает нас лучше, чем мы сами? Разве другой ответит за нас? Разве... — вопросы роем вились в моей голове, и вскоре я, ранее полагавшая, что я послушная дочь и ученица, поняла — слушаться я не умею.

Мне очень хочется себя оправдать и сказать: «Я выросла без отца, и потому, будучи лишенной сильного авторитета, я не смогла научиться послушанию». Мне хочется так сказать, но я не скажу. Потому что послушание напрямую не зависит от нашей способности или возможности подчиняться сильной личности, но в нашей готовности доверять и доверяться другому человеку.

Об одиночестве

Желание уединения и чувство одиночества — спутники моей жизни. Порой эти два состояния переходят из одного в другое, порой взаимодополняют или взаимозаменяют друг друга. Иногда они мучают меня, иногда — приносят упокоение.

Я не очень общительный человек. Нет, я люблю людей, люблю общение, добрые разговоры, люблю открывать для себя в другом человеке что-то новое, что-то близкое, что-то родное или, наоборот, узнавать в собеседнике что-то совершенно отличное от моего мира. Я люблю разговоры по душам, лицом к лицу с одним или парой друзей. Но от множества людей я устаю. Устаю от множества слов. От пустых бесед или от навязчивых исповедей. В большой компании я обычно теряюсь, ухожу в уголок, одним словом — я прячусь.

Ещё я люблю быть одной. Вернее, одиночное времяпровождение не тяготит меня. Более того порой мне необходимо побыть наедине с собой и я ищу уединения. Уединение помогает мне собраться с мыслями, прийти в себя, успокоиться, обратиться к Богу.

Глазами Любви

Мы видим мир по-разному. И в нашем видении мира чаще всего отражаются не столько наши опыт и воспитание, сколько состояние нашей души, нашего сердца. Помните Кая и Герду из «Снежной Королевы»?! Кай видел мир добрыми глазами, пока в его сердце не попал холодный осколок зеркала Королевы, и тогда его мировоззрение резко поменялось.

Я часто вспоминаю эту сказку. Потому что и у меня бывают моменты, когда омрачается моё зрение. И весь мир из цветного превращается даже не в черно-белый, а в серый. Однотонный. Холодный мир. Мне кажется, так случается, когда я теряю Любовь. Когда отключаю внутри себя маленький огонек Её лампады, поддавшись злым мыслям и чувствам. Потому что именно Любовь преображает мир, и помогает нам видеть его прекрасным, глубоким, Божиим. Даже если при этом мы замечаем все недостатки, если болеем сердцем за него, если мы страдаем от его несовершенства.

Письмо молодой девушке

Я хочу написать тебе письмо, моя хорошая. Хочу, наконец, рассказать тебе о своих мыслях по поводу твоего решения переехать жить к своему другу. Ты уж не серчай на меня.

Мы живем в мире, где люди избегают говорить правду. Нет, не для того, чтобы не ранить другого своей оценкой, а просто потому, что мы стали совершенными эгоистами и больше всего мы хотим казаться приятными, чтобы с нами было легко, и чтобы другие нас не трогали. И потому обычно мы избегаем называть белое белым, а черное — черным. Мы просто улыбаемся, жмем плечами и проходим мимо. Равнодушные.

Тебе восемнадцать лет. Ты только начинаешь жить. Юная, мечтающая, современная. Ты говоришь, я его люблю, и мы хотим жить вместе. Но создавать семью ещё рано. А вдруг вы не подойдете друг другу? Да и надо сначала найти хорошую работу, закончить институт...

О сильных женщинах

В детстве у меня не было рядом отца. Не было примера сильного мужчины. Мужчины, который бы решал, нес ответственность, приносил в дом чувство незыблемости и защиты. Моё детство и юность прошли в мире, где царствовали и царили женщины. Женщины-воспитательницы, нянечки, учителя, педагоги, женщины - логопеды, репетиторы. Мамины подруги, соседки, бабушки. Женщин было очень много, и большинство этих женщин были женщинами самостоятельными, уверенными в себе и ... одинокими. Это были восьмидесятые - девяностые годы, военные потери уже давно восполнились, но мужчин, по крайней мере в моем окружении катастрофически не хватало. Возможно, они были, но где-то на периферии, словно тени или миражи. Женщина же была главным героем в моем тогдашнем понимании. На ней держалось мироздание.

Извержение

Как-то раз я смотрела передачу о вулкане. Точнее об одной горной долине. Эта долина, богатая зеленью, была излюбленным местом для птиц и зверей. Пока однажды не произошло извержения вулкана. Я помню, меня поразило, как в один миг оживший вулкан превратил оазис в пепелище.

Тогда я не знала, что таким вулканом стану я сама.

Извержение всегда происходит внезапно.

Страницы