Вы здесь

Людмила Громова. Притчи

Цветок

Бывает так, сюжет не новый:
Средь жёлтых –
                           вдруг цветок лиловый.
Укоры только слышит он:
– Ты красный?
                         Ужас! Моветон!

 

(на фото – тюльпаны в парке Горького, 9 июня)

Где просто, там Ангелов со сто*

Философия есть наука 
   о заблуждениях человеческой мысли.**

Жили-были Простец и Мудрец. Мудреца прозвали так за ум и обширные познания в науках. Простец же такой образованности не имел. Он, хотя очень и любил послушать глубокие размышления Мудреца о различных явлениях жизни, сам мало чего в этом понимал.

Однажды шли они по дороге к Храму. Сначала дорожка была ровная и удобная, идти по ней было легко и приятно. Но потом на пути стали появляться ямы, колдобины, лужи и труднопроходимая грязь. Идти стало совсем тяжело.

- Не может быть, чтобы дорога к Храму была такая заброшенная, - сказал Мудрец. - Наверное, люди в Храм ходят другим путем.

- Но другого я не вижу, - ответил Простец. – Слева – непреодолимая губительная топь, справа – дремучий Философский лес, там заблудиться недолго.

- Ничего он не дремучий! Посмотри, сколько в нем тропинок! Не может быть, чтобы хотя бы одна из них не привела  к Храму, - возразил Мудрец.

- А как ты узнаешь, какая именно правильная тропинка?

Последний лист

(По мотивам одноименного рассказа О'Генри)

– Подруга плоха! И сказал нынче врач,
Что шансов почти уже нет. –
Сусанна рыдала.
                  – Не надо, не плачь, –
Жалел ее старый сосед.

- На наш облетающий плющ за окном
Без устали может смотреть:             
Внушила себе, что с последним листом
За нею придет ее смерть.                   

- Одни только глупости в ваших мозгах:
От листьев взялись помирать!
Да ну вас! От сырости ломит в ногах,
Пойду-ка я, барышня, спать.

Горшечник

Я буду спраши­вать тебя, и ты объясняй Мне:
где был ты, когда Я полагал основания земли? Скажи, если знаешь.
Кто положил меру ей, если знаешь? или кто про­тягивал по ней вервь?
На чем утверждены основания ее, или кто положил краеугольный камень ее...
(Иов, 38, 3-6)

В руках горшечника ворчал
Горшок: «Халтуришь ты, гончар!
Посуду лепишь кое-как:
Ни ног, ни крыльев на горшках.

Была б такая благодать –
По небу с птицами летать!
А мы –  как только с полки прыг –
Так вниз летим. И то – лишь миг.

Вот сделай крылья у горшков –
Поменьше будет черепков!
И почему изящных ваз
Так мало лепишь ты средь нас?»

В ответ трудившийся гончар
Лишь улыбался и молчал,
Горшечника ведь все равно
Понять посуде не дано.
 

Болтливая сорока

Болтливую сороку
Спросить медведь решил
До станции дорогу –
На поезд он спешил.

Сорока отвечала:
«Да тут – подать рукой!
Иди, медведь, сначала
К сосне, что за рекой.

Там белки-шалунишки
В дупле большом живут...»
И слушал бедный мишка
О белках пять минут

– А от сосны – направо,
До Лисьего холма,
Там в норке за дубравой
Живет лиса-кума.

Тут вспомнила сорока
Знакомых и друзей:
Лису, куницу, волка,
Дроздов и журавлей...

– И за холмом за этим
Увидишь ты вокзал...
– Да нет, – медведь ответил, –
Уже я опоздал...

***

Не разбавляй водою

Словесного вина,

Пустому многословью

Невелика цена.
 

Пчела и муха

- Ты на луг спешишь опять? -
Муха у пчелы спросила.
- Только не могу понять,
Чем цветы тебе так милы?

Знаю место я сытней,
От него все – в восхищенье,
Там занятней и теплей,
Днем и ночью – гам, веселье!

Ты лети за мною вслед,
Вон – вдали жужжат и пляшут,
Собран там весь высший свет,
На помойной яме нашей.

- Но привыкла я к цветам,
Чтобы все благоухало…
Нет, не по дороге нам, -
Пчелка кротко отвечала.

                ***
Размышляю неспеша:
Муха иль пчела душа?

 

(Первоисточник притчи: проповеди протоиерея Валериана Кречетова)
 

На свой аршин...

Студент у городских ворот
Спросил, который час.
«Любовницу, наверно, ждет», -
Подумал ловелас.

А вор иначе рассуждал:
«Разбойник, жулик, тать!
Ишь, не стыдится здесь, нахал,
Всю шайку ожидать!»

«Спешит, видать, на службу в храм
Благочестивый брат», -
Решил монах и по делам
Пошел, потупив взгляд.

(Первоисточник притчи: проповеди протоиерея Валериана Кречетова)
 

Притча о парикмахере

Однажды парикмахер
     клиента подстригал,
Как водится, от скуки
       о том, о сем болтал:

- Ох, сколько безобразий
        творится у людей,
Вражда, убийства, войны,
              растление детей!

Я думаю, что Бога
       совсем не может быть,
Иначе, как все это,
        Он мог бы допустить!

Клиент прервал молчанье 
        и произнес в ответ:
- Цирюльников, однако,
            давно на свете нет!

- Как нет? А я-то кто же,
       по-вашему, такой?   -
Опешил парикмахер 
          и лоб потер рукой…  

- Коль был ты парикмахер,
         подстриг бы тех бродяг 
Обросших и небритых,
                 что у ларька сидят.

Осел и Лиса

Характеристику Ослу
Писал Медведь-сосед:
«Он тугодум, упрям и глуп,
Совсем достоинств нет».

Идет навстречу им Лиса:
«Что начеркал ты тут?!
С бумажкою такой осла
Куда теперь возьмут?

Давай, все напишу сама,
Мне лгать резона нет:
Изящно выражаться я
Привыкла с малых лет.»
 

И начала писать: «Осел
В решеньях осторожен,
А в убежденьях – очень тверд,
В мировоззренье – тоже.

Характер у Осла – кремень!
Уж если цель поставит,
Настойчиво стремится к ней,
Всех в дураках оставит.»

- Гордись, Медведь, своим Ослом, -
Смеясь, Лиса сказала
И, заметая след хвостом,
Поспешно убежала.

                ***
Бывает, недостатки мы
Свои не замечаем,
Иль, самолюбия полны,
В достоинства вменяем.
 

Страницы