Вы здесь

Гефсиманский сад Марии Юдиной

Ее имя – одно из самых ярких в плеяде гениев, составивших славу русского искусства прошлого века. Все ипостаси грандиозного таланта Юдиной – музыканта, мыслителя, педагога — проникнуты и руководимы силой крепкой, истовой, не знавшей компромиссов веры. Бесстрашие, которое она явила в годы жесточайших гонений, преданность Господу, самоотверженное служение ближнему, – все это свидетельствует о подвиге, и потому жизненный путь Марии можно назвать исповедническим.

«Отдать жизнь Богу»

К вере Мария Юдина обратилась, учась в Петербургской консерватории. Движимая интересом к философии, она изучала святых отцов, философские труды крайне популярного тогда Владимира Соловьева. Девушку покорила красота Православия, душа жаждала молитвы церковной, соборной. Таинство крещения совершилось в храме Покрова Пресвятой Богородицы на Боровой улице 2 мая 1919 г.

В стране сгущались зловещие тучи воинствующего атеизма. Мария Вениаминовна, к тому моменту уже консерваторский профессор, примкнула к иосифлянам. Она принимает самое деятельное участие в спасении философа Михаила Михайловича Бахтина, арестованного, приговоренного к пяти годам Соловецкого лагеря. Благодаря хлопотам жены и друзей приговор был заменен на пять лет ссылки в Кустанай. Мария Вениаминовна навещает в лагерях осужденных епископов и передает их послания духовным чадам. После статьи «Ряса у кафедры» в газете «Красная звезда» 24 марта 1930 г., где пианистка, отвечая на провокационные вопросы директора консерватории Маширова, спокойно и бесстрашно исповедует свои религиозные убеждения и христианскую веру, Юдину увольняют из Ленинградской консерватории. Она покидает северную столицу и уже с 1933 года окончательно переезжает в Москву.

Годы спустя за несовместимую с советской идеологией религиозность обожаемого студентами профессора Юдину уволят из Московской консерватории; чуть позже из Гнесинки. Ее не раз будут отлучать от концертов. Находясь сама в крайне неустроенном положении, Мария Вениаминовна ищет любую возможность помощи томящимся в тюрьмах, опальным и ссыльным друзьям. Добивается концертов в Воронеже, дабы повидать и поддержать Осипа Мандельштама, от которого отвернулись прежние знакомые, едет в Алма-Ату навестить ссыльную вдову протоиерея Федора Андреева Наталью Николаевну, в судьбе которой принимала деятельное участие.

Незадолго до войны Мария Вениаминовна пережила страшную личную трагедию: в горах погиб ее любимый человек. В память о нем она берет на себя заботу о его матери, своей несостоявшейся свекрови: «Я больше ничего теперь не могу, как отдать свою жизнь, такую же нераскрытую в любви и семье – как его – ему же, его памяти, Богу». От эвакуации Юдина отказалась и, окончив курсы медсестер, работала в госпитале. Почти ежедневно давала концерты на радио, выезжала с бригадами на фронт. Сразу после прорыва блокады вылетела в Ленинград.

Возвращение в Церковь

Юдинский аскетизм стал притчей во языцех. Почти всю жизнь пианистка не имела своего угла. Музыкант с мировым именем, она репетировала на рояле из проката! Единственное черное платье – на все случаи жизни. Из-за больных ног носила кеды. Мария Вениаминовна помогала всем, кто попадал в поле ее зрения, часто совершенно случайным людям. Ее гениальные руки не умели держать деньги – только отдавать.

В разгар борьбы с формализмом Юдина открыто встает на защиту Шостаковича и в его лице всей новой музыки. Когда в годы хрущевской «оттепели» подвергся травле Борис Пастернак, Юдина читала его стихи на своих концертах. Наконец, в 1963 году после очередной волны доносов Юдину лишили официальных концертных выступлений.

Человек глубокой веры, Мария Вениаминовна как иосифлянка вынужденно отдалилась от церковной жизни. Вернуться в Церковь ее убедили сестры Екатерина и Мария Крашенинниковы, дочери известного купца-промышленника, с которыми ее познакомил Борис Пастернак. Духовником Юдиной стал известный московский протоиерей Николай Голубцов.

Панихиду организовал Шостакович

В последние годы огромным утешением для Марии Вениаминовны стала духовная поддержка великих ­пастырей: митрополита Алексия (Ридигера), епископа Питирима (Нечаева), митрополита Антония (Завгороднего).

С митрополитом Антонием (Блумом) она познакомилась в середине 1950-х годов, посещала его богослужения, причащалась у него. Их связывала многолетняя переписка.

Юдину все чаще посещают мысли о монашестве, ей хочется завершить земной путь в монастырских стенах. Помешала болезнь. Мария Вениаминовна умерла в больнице 47 лет назад  — 19 ноября 1970 года.

Ни один зал Москвы не согласился проводить у себя гражданскую панихиду Юдиной, и только после вмешательства Шостаковича предоставили вестибюль Большого зала консерватории. Впервые советского гражданина ­открыто и публично проводили в последний путь по-христиански. Из консерваторских дверей вынесли большой деревянный крест, и процессия в несколько сот человек с пением «Святый Боже» двинулась на отпевание, которое совершил протоиерей Всеволод Шпиллер.

Церковь была полна молящимися, как в большой праздник. Церковный композитор диакон Сергий Трубачев позднее по этому поводу написал: «Такую красоту редко в жизни можно увидеть и услышать. Какой она была в жизни, такое и в смерти получила воздаяние».

«Все, все в нашей жизни лишь вариации на Гефсиманский сад… Слава Богу за все…»

М.В. Юдина

"Православная Москва"
Опубликовано: №23 (636) декабрь, 2017 г.