Вы здесь

Андрей Попов. Произведения

Фарисей посты держал

***
Фарисей посты держал,
Строг был к чувствам плоти.
По три шкуры мытарь драл
С нищих – на работе.

Фарисей давал – и в срок –
Храму десятину.
Мытарь встать порой не мог,
Пьяный, как скотина.

Фарисей кормил детей
Молоком сгущенным.
Мытарь был прелюбодей,
А ушел прощенным.

Снова гордому уму
В этой древней были,
Непонятно почему
Мытаря простили.

Я решение суда
Порицать не смею.
Видно, не был никогда
Мытарь фарисеем.

Подготовка обличителя

В монастыре сначала поживи.
Не пей вина. Не пой дурацких песен.
Без женского вниманья и любви
Попробуй обойтись. Хотя бы месяц.

Хотя бы два. Да разве это срок?
И в братьях не ищи суровых судей.
Читай псалтырь, вникая между строк –
Вокруг тебя не ангелы, а люди,

Баллада о поезде и Усть-Вымском святителе

Гонит поезд, а душе темно –
Сколько можно быть скупой и сонной?!
И смотреть в вагонное окно,
И сидеть на полочке вагонной?

Ропот, что почти неуловим –
До чего обычно и знакомо!
Скоро будет станция Усть-Вымь.
А за ней и Сыктывкар – и дома.

Не спать

Не должно нам спать – умножает вину
В ночи Гефсиманской расслабленность наша,
Нельзя предаваться покою и сну,
Христос предаётся молитве о Чаше.

Не должно нам спать – и по воле Отца
Понять, что и ныне, и в будущем веке  
Христа длиться мукам – до мира конца…
Глаза тяжелеют. Слипаются веки.

Приглашение на Рождество

По темным подвалам, по спальным кварталам,
По улицам тесным, по норам квартир
Нас – гордых, усталых, нервозных и шалых –
На пир собирают – торжественный пир.

В деревне

Еще простор не умер! Широки
Еще поля и души в нашем крае!
Не спились без работы мужики,
А ладят вечный двигатель в сарае.

И женщины выходят из девчат,
Что не украсят глянцевой обложки,
Но о судьбе загадочно молчат,
И ангелов рождают, словно кошки.

Ошибка Афанасия Фета

                                                 У чукчей нет Анакреона,
                                                 К зырянам Тютчев не придет.
                                                      Афанасий Фет

Фёдор Тютчев к зырянам пришел,
Это стало для Фета укором,
Но затем подошли рок-ин-ролл,
Гербалайф, орифлейм и Киркоров –

И не сразу теперь разберёшь
Голос Тютчева в этом содоме,
Что есть мысль изреченная ложь…
Вот беда! И не только для коми!

Грегор Раскольников

          Грегор Замза обнаружил, что он у себя   
          в постели превратился в страшное насекомое

                                                        Ф. Кафка

Говорят, что напился, а то и травки
Покурил — и с ним случился конфуз.
Сдали нервы — он вспомнил рассказ Кафки,
Пошел в полицию, сказал: — Сдаюсь…

Оправдания нет! Устал от снега,
Устал, что нас возвышает обман.
Явка с повинной. Зовут меня Грегор.
Я стал насекомым. Я — таракан!

Конь на крыше

Так не люблю, когда тревожат всуе,
Зима притихла – нет с утра пурги,
Сижу в сенях, медведя дрессирую,
Учу, как надевают сапоги.

Медведь ворчит. Как вдруг вбегает дьякон,
И, сунув косолапому изюм,
Он начинает нервно полуплакать,
Что на деревне булгатня и шум.

- Чужак какой-то, верно, малохольный,
Палит из пистолета, всех кляня,
И конь хрипит на крыше колокольни –
К кресту привязан. Очень жаль коня.

Осенний крест

Неприхотливы здешние места –
И ты привык к дождям и глухомани.
И упадешь под тяжестью креста –
Не жизнь, а осень! Только снова встанешь.

Чего бы ни смотреть на мелкий дождь?
Смотреть себе без лишних восклицаний.
Надолго осень. Разве с ней умрешь?
С ней умирать невесело. И встанешь.

Печать

Не взвоют враждебные вихри,
Не грянет всемирный салют, —
Придет незаметно Антихрист,
Начнет свой обыденный труд.

Откроет бюро и конторки,
Куда, не ропща на судьбу,
Толпа потечет — три шестерки
Послушно поставить на лбу.

Да будет воля Божия!

Да будет воля Божия!.. Но только
Не сразу проясняются дела.
Сожгла равноапостольная Ольга
Древлянский город ропота дотла.

И вороньё над городом кружилось,
И пахло гарью, горем и бедой,
Чтобы из праха мести зрели милость
И утешенье матушки святой…

Страницы