Вы здесь

Время душевного проходит...

Духовно нейтрального душевного больше не будет

Сами по себе, вне Бога, люди — существа недобрые. Хочу ли я сказать — злые? Нет, «недобрые» — это одно, а «злые» — другое. Чтобы различать, нужно мыслить точно, а различать надо, чтобы понимать. В основе непонимания — неразличение. «Недобрые» — это отрицание доброты, а «злые» — это утверждение злобы. Недобрый не говорит внятное «да» добру, но и злу он не говорит внятно «да». Недобрый ни то, ни это — не холодный, не горячий, а тёплый. Злой — тот кто говорит внятное «да» злу. Но от недоброго до злого рукой подать, в зло можно легко соскочить, даже не заметив этого. Именно поэтому люди не сильно заморачиваются в различении этих слов. Мол, один чёрт владеет тем и этим. Наше время характеризует постепенное стирание границы между злым и недобрым: зло усилилось в мире и легко порабощает недоброе, так что недобрый, хоть и сам не зол, становится орудием зла, не имея сил устоять в своей недоброте. Стоять можно только в добре.

Особенность нашего времени в том, что человеку не дадут возможности оставаться душевным человеком — его принудят стать духовным, но не того духа. Когда к массам применяются технологии, массы бессильны против них, а потому технологии  приобщения к низменному принесут хороший урожай заказчикам. Противостоять им смогут единицы, но эти единицы будут названы «еретиками», и будут растоптаны теми, кто под внушением технологий сражается за абстрактное добро, трактуемое плоско и примитивно.
Вера в систему и в системное добро подведёт большинство условно хороших людей, в них победит жажда дешёвого добра (т.е. глупость, лень и самодовольство).  Системное добро, конечно, возможно, но оно стоит дорого, а не дёшево, как всем хочется. Мало кто готов платить нужную (реальную) цену, а нынче так и понятия о цене — нет.

* * *

Неразличение личного и природного лежит в основе заблуждений душевных людей. Надо подняться в дух, чтобы оказаться над своей душевностью и увидеть, что во мне от природы, а что от личности. Так же и в другом различать природное и личное можно только с высоты духа (душевным гордецам эта высота кажется гордостью по той же причине). Точка смотрения определяет возможности человека видеть или не видеть, понимать или не понимать, вмещать разумом или не вмещать.  «Душевный человек не принимает того, что от Духа Божия, потому что он почитает это безумием; и не может разуметь, потому что о сем надобно судить духовно. Но духовный судит о всем, а о нем судить никто не может. Ибо кто познал ум Господень, чтобы мог судить его?» (1 Кор. 2:14-16).

1

Пока одни люди выращивают свои и чужие души, другие отращивают себе1 «зубы и когти». В драке каждый будет пользоваться тем, что у него выросло, потому первым не стоит забывать о неизбежности драки2 (вторые и так помнят).  

У них растут не души — только зубы,
они от злости поджимают губы,
сверкают хищным оком, верят в бредни,
хотя приходят иногда к обедне.
Их бог недобр, он лишь водитель стай,
он всеми жаждами орёт внутри: хватай!3

* * *

Одни, другие... Но есть и третьи, которые высиживают себе тёплое местечко, которые выжидают кто победит, чтобы примкнуть к сильнейшему. Они, как правило, и становятся «когтями» хищников,  заблаговременно чуя силу в их безграничной злобе и подчиняясь этой силе без сопротивления.

Четвертые — просто выращивают тела и становятся орудием в руках первых, вторых или третьих.

* * *

Едят только пищу — не когти, не яды. Как много граней у слова «пища». Христос — тоже пища. Жертва — пища. Означает ли это, что христианство про то, что надо встать в позу жертвы? Не думаю. Скорее, наоборот. Но это такое «наоборот», которое может вместиться только в голове нового (не ветхого!) человека. Воины Христовы — это о другом, совсем о другом (кому надо — понимает).

2

Мы можем воочию наблюдать сопротивление стихий, которые внутри нас — нам сопротивление. Ветхие, земные стихии не желают подчиняться новым, духовным, небесным — потому и «хорошее, которого хочу, не делаю, а дурное, которого не хочу, делаю». На самотёке преображение не происходит. Самотёком к духовному поступку приходят только, если «припекло», когда судьба пинком толкает в правильном направлении.

Сейчас можно увидеть во многих людях это сопротивление стихий, которые подняты политтехнологиями, словно ураганы внутренней природы. Такие люди сами удивляются тому, что делают, а не делать уже, кажется, не могут. Потому что стихии, которые в них, диктуют свою волю.

Это начало падения в дикость — стихии, прежде облагораживаемые культурой (уточним — христианской культурой), теперь выходят из-под её ига, и скоро мы увидим себя во всей ветхой неприглядности. 

 * * *

Человек сам может стать участником бесовского заговора против себя. Вверившись людской самости (а она единит), можно попасть во власть бесовских хитросплетений, которые существуют благодаря нецелостности человеческого мышления (неполнота) — тут недодумал, там недосказал, здесь недопроверил, слишком доверился, слишком устал, поленился, забыл, позавидовал, захотел наказать и т.д. Любая форма человеческой нечистоты и неполноты (вне полноты чистота невозможна — полнота хранит чистоту) может послужить «заговору» и служит, если её берут в оборот. А берут всё, что хотят взять, если есть возможность взять, если никто не следит... 
(«Иисус не вверял Себя им» см. Ин 2:22-25).

* * *

Здравомыслие — это совесть, а не интеллект. Движение к здравомыслию — это путь очищения совести.

3

Время душевного проходит, наступает время духовного, а это значит, что приблизилось время драки. Душевное, еще не определившееся духовно, может жить и в добре, и во зле, но духовное так не может. Духовное всегда сражается с духовно чуждым.

Потому душевные верующие обречены, они не смогут устоять в своём душевном доброхотении. Время становления закончилось, грядёт время отделения зёрен от плевел.

Важно понять, что душевного, духовно нейтрального, больше не будет. Душевное, которое не обрело себя в духе, неизбежно будет порабощено злыми духовно. Добрые — не порабощают (зовут и приглашают), потому злые усиливаются за счёт нейтральных, лишая их невинности и приобщая к нечистому.

Насильно к доброму приобщить невозможно, а к злому — можно: достаточно просто не быть с Богом, чтобы неожиданным образом, вдруг, оказаться с дьяволом. 

Люди в большинстве своём не отличают своих мечтаний от реального своего состояния, т.е. душевные не видят себя душевными, а потому избыточно самонадеянны. Душевных душевными видят только духовные, потому душевным желательно держать себя поскромнее — не мнить о себе слишком много и спешить в рост, пока ещё остаются считанные минуты для этого. А в рост идёт тот, кто понимает, что ростом мал. В рост идёт тот, кто РЕАЛЬНО нуждается во Христе, как наше тело не дышит без воздуха.

Душевные, мнящие себя духовными, падут первыми и стремительно будут наполнять армии злых, чтобы сражаться с добрыми, думая при этом, что поступают правильно.

4

Всяк человек ложь — это не просто метафора. Я сам себе ложь — вот в чем дело. У меня нет меня, есть только Господь — для спасения. 
Но и тут всё двоится, ибо выбрать Бога могу только я, и пока я не в себе4, нет и Христа для меня, даже если я думаю, что есть — самомнение у всех велико. Надо сущностно принять в себя Христа, стать  единым с Ним, надо быть во Христе, чтобы у меня был Христос. Иначе я остаюсь чужд тому, что мне кажется для меня лучшим, и действую противоположным образом (выбирая добро в голове, не выбираю его на деле).
Осуществить выбор — это осуществить действие, выбор осуществляется делом.
Мы врём себе о своих хотениях и на деле очень часто хотим совсем не того, что думаем, что хотим.

5

В познании, чтобы воспринимать нечто, надо, образно говоря, сначала съесть целое яблоко, чтобы потом вкушать его по кусочку.  Технологии оболванивания работают в обратном направлении, т.е. скармливают массам всякую гадость по кусочкам — и те не ведают, что принимают (только с последним «кусочком», вероятно, вся мерзость принятого станет очевидной). Так будет принят и Антихрист с его новым миропорядком — не весь и сразу (как поэзия или истина), а по частям. И даже части — в дроблёном виде: не копыто чёрта, а четверть копыта, так что непонятно, что это такое (смердит малость? так в жизни всё малость смердит — привыкли). Социум усвоит сначала один его фрагмент, потом другой, третий... Ненормальное будет возведено в норму прежде, чем понято в целом, что происходит — и «мышеловка» захлопнется.
Напомню, что без согласия большинства воцарение Антихриста попросту невозможно. Но в чём это согласие будет выражаться — мнений много.
Без воспринятого (принятого в себя) Целого,  истина и ложь в фрагментах — неразличимы, только знание Целого — знание истины.
Прежде чем принять что-либо или не принять, это следует понять. А кто не понимает, тот просто не понимает.

* * *

Но  как же  тогда по  частям принят Антихрист? Значит, не понимали, что делали? Понимали!
В целом — не понимали, но в частях — понимали и соглашались. Это и есть принятие.

* * *

Духовное принятие/непринятие осуществляется неким духовным механизмом в нас. Так демоническое по содержанию отвергает чуждое себе Христово. Можно ли сказать, что отвергает вполне понимая? Нет, чтобы понимать Христово, надо быть Христовым. Потому на уровне духа принятие/непринятие зависит не от интеллектуального понимания, а от духовной сущности человека, ибо он понимает только близкое себе по духу.
То есть, демоническое в человеке не в состоянии понять Христово и потому отвергает его. Так и принимается Антихрист — как родной, духовно близкий и понятный. Недопонимается лишь значение этого принятия. Интеллектуальное описание в нас не успевает за духовным принятием.

* * *

Интеллектуальное понимание/непонимание может не совпадать с духовным принятием/неринятием. В этом и состоит смысл отделения зёрен от  плевел — решения принимаются на сущностном, а не на интеллектуальном уровне. Интеллектуально можно принимать одно, а сущностно, бытийно — совершенно другое. Личностно можно хотеть одно, а сущностно выбирать совершенно другое. Аскетика — про то, как желаемое добро действительно сделать выбранным, т.е. осуществлённым в своей жизни (реальным).

* * *

Сегодня любят вспоминать слова одного из святых, что в раю — царство, а не демократия, забывая при этом, что и у Христа — Царство, и у Антихриста (иначе не быть ему вполне антихристом). Надо задать себе простой вопрос: в царстве Антихриста демократия или монархия?

Ответ очевиден. Правда, можно уточнить, что прежде чем сумеет устроиться царство Антихриста, произойдёт нечто вроде демократических выборов, когда основная масса людей выберет Антихриста как свою доминанту. Фрагментами, а не сразу всего целиком, люди таки примут Антихриста, проголосуют за него своими сердцами. Так что к Антихристу можно приложить и демократию, и монархию. Стоит ли после этого отдаваться как богу тому или иному «-изму»? Конечно не стоит, уже хотя бы потому, что, воцаряясь, любой «-изм» занимает место Бога и становится вместобогом (антихристом). Тем более гибельно тотальное порабощение людей подменёнными, фальсифицированными «-измами», коими сейчас заполнено всё социальное пространство.
Не делайтесь рабами «-измов», особенно подменённых!

Люди так и делятся по группам: одни голосуют за фрагменты «копыта», другие за фрагменты «хвоста» и т.д. Даже целое «копыто» вряд ли кто представляет  — отринул бы. Но когда все части собрать воедино в Человеке — получится Антихрист, который воцарится, как только люди САМИ его соберут.

* * *

Мышление многих современных людей таково, что им невозможно объяснить, что «дважды два четыре» — это не личное мнение. Они с пеной у рта могут отвергать азбучные истины, считая их ошибочными только потому, что те не совпадают с их личным мнением.

Это очень знаковый поведенческий модуль, характеризующий состояние ума, повреждённого современными искривляющими сознание технологиями.

* * *

Люди функционируют на модульной основе, т.е. оперируя набором поведенческих патернов, и вот что важно: при встрече с небесным разные наборы модулей реагируют по-разному. Те, в ком доминирует самостное начало, нападают на небесное, и случается то, из-за чего сказано «Не мечите бисер перед свиньями» (Мтф. 7:6). Самостный, т.е. ветхий человек может и сам не понимать, что нападает на небо — у него просто нет другого набора функций, дающих свободу от ветхого. Потому и осуждение — греховно, душевный, только душевный (внедуховный) человек не понимает духовного закона, не понимает своей собственной модульности и ограниченности, как и модульности другого,  не понимает своей несвободы, а потому приписывает личности то, что есть лишь свойство природы.

Это очень удобно для манипуляторов: достаточно вбросить душевного человека в избранный набор патернов (поток), и он поплывёт по заданному курсу, не имея возможности сопротивляться.

* * *

Последние люди накануне постчеловечества будут такими5, что даже если найдутся христиане, проповедующие им Христа, та проповедь будет лишь «бисером перед свиньями»6, которая и закончится так, как говорится в Св. Писании:

«Не давайте святыни псам и не бросайте жемчуга вашего перед свиньями, чтобы они не попрали его ногами своими и, обратившись, не растерзали вас» (Мф. 7:6).

6

Если ткань опустить в ёмкость с жидкостью, ткань напитается этой жидкостью — и цвет примет, и запах, и весь атомный состав. Так и душевный человек, социальный по определению, всецело отражает свойства среды, в которую помещён. Кто создаёт среду — создаёт человека, наше социальное — ключ к победе или поражению в битве за человека, а оно отдано в руки недобрые.

Не стоит забывать, что душевное всегда прежде духовного, и духовное — это не бездушное, не внедушевное, а сверхдушевное, наддушевное (надстройка, которая над постройкой, а не без неё).

Душевное неизбежно оказывается в порабощении у недоброго духовного, если не приняло  добровольно покровительство духовно доброго — святого.

* * *

Не человеческое, а постчеловеческое в людях — это, считай, бесовское, т.е. вовсе не духовно нейтральное душевное, как было прежде. Всякий раз убеждаюсь в этом снова и снова. Как в фильме «Матрица» любой человек, житель Матрицы, легко превращается в агента системы, ибо его человечность по существу — лишь бутафория.

* * *

Может ли человек не заметить в себе процесс обесчеловечивания? Ещё как может! Вернее, пожалуй, спрашивать о том, может ли заметить, и ответ будет тоже положительным — может, но для этого он должен обладать добродетелью трезвения, даром различения духов и трезвомыслия. Много ли сегодня трезвенников мысли? Ответ на этот вопрос не позволяет надеяться на вразумление и остановку уже запущенных процессов обесчеловечивания.  

Странно, что вместо того, чтобы сопротивляться наступлению ада, люди уговаривают себя, что ничего страшного не будет — не может быть. Так, по собственному хотению, благодаря нерадению, мы окажемся однажды в посюстороннем аду, который по жестокости будет превосходить естественный — потусторонний...

* * *

Где торжествует самость, там сегодня царит уже не ветхий человек с его ветхой душевностью, а бесы, потому можно много беды наворотить, не будучи отъявленным негодяем — достаточно просто обычной самости и следования её советам.

7

Согласие на травму ради Бога, который внутри — подвиг или поражение? Ни то, ни другое, просто рутинный процесс — обычное дело. Для самозащиты требуется включение механизмов самости, а они противоречат Богу. Именно поэтому говорят, что тех, кто сам себя не защищает, защищает Бог — если человек в Боге, разумеется. Но, вероятно, в Боге оказываются все, кто отказался от самости — вольно или невольно. Если только не самостью пытается отказаться от самости — и такое может случиться с тщеславным и гордым человеком. Мы падаем в Бога, если не падаем в дьявола. И если падаем в Бога, то не упадём: падать в Бога — это лететь, а не падать.
Доминанта на другом — это тоже в некотором роде отказ от самозащиты в пользу защиты другого от своей самости. И вот готов юродивый....
Беззащитный станет травмированным непременно.
Требует ли Бог такой всецелой жертвы? Не требует. Просит может быть или рад ей? Вряд ли даже просит, а уж про радость Его трудно нам судить. Но точно защищает, точно не покидает такого рискующего ради Него человека. Защищает не обязательно от травм и боли, но от потери Бога.
Бог принимает такую жертву как исповедание веры. Сверхдолжное самоотречение как метод не утратить главное в своей жизни (Бога) — юродство. Может быть, для определенного психотипа это единственно возможный путь. В любом случае, принимаемое Богом приемлемо и для людей.
Время Антихриста — время юродивых в том смысле, что открытый ими метод7 спасения может оказаться единственно возможным.

* * *

Обездушить человека — это превратить его в живую вещь (не в зверя в смысле животное — у животных есть своя душа, а в зверя в смысле изверга). И, кажется, мы стремительно спешим именно в сторону обездушивания. Надоела всем эта самая душа, надоела душевность. Почему надоела? Потому что нынче она, испорченная технологиями искривления сознания, действительно зачастую выглядит неприглядно. Куда приличнее смотрится биоробот — благородное отторжение от слюнявой душевности, которая даже дамочкам уже не очень-то к лицу.
Душевность — обременительна, с ней всё время надо носиться, напрягаться, думать что так, что не так, другое дело — простые поведенческие алгоритмы машины, когда всё чётко, прозрачно, внятно, когда нет места душевной мути. Вот она —  мечта многих (иметь партнёром  склонного к ошибкам и сумбуру своевольного человека — затруднительно, а хорошо запрограммированного биоробота — удобно, прощай человек!). Владеть человеком невозможно, с ним надо строить отношения, а биоробот — вещь, бери и пользуй! Биороботом управлять легче, чем человеком, значит ли это, что для удобства правителей человек должен перестать быть человеком и превратиться в пресловутого постчеловека? Но и сам человек — «за!», он рад сбросить с себя личину человечности, ибо человеком по-настоящему так и не стал. Трудное это дело и неблагодарное, опять же многозатратное, ибо требует много сил, времени и внимания. Зачем столько мук? Зачем страдания?
Кошка станет человечнее человека? Ну и пусть, зато появится посткошка, и постсобака станет лучшим другом постчеловеку.
А что же с Богом? На месте Бога непременно появится постБог, и на месте бога в нас —  постбог в нас.

Новый космос — творение постчеловека, новая, постчеловеком созданная и окружающая его, природа: микрокосмос и макрокосмос... Таковы постчеловеческие  мечты и надежды. Сбудутся ли они? Вероятно, да, потому и сказано, что в конце времён само небо свернётся, как свиток: постнебо — невозможно. Но будет новое небо и новая земля, так говорит Господь...

---
1 Себе и в том смысле, что многие другие становятся лишь частью их «когтей» (и/или пищей — другое не предполагается);
2 Не умозрительной только, не интеллектуальной драки, а низкой и подлой драки;
3  Стихи автора;
4 Я в себе, когда Христос во мне;
5 Не способными к восприятию и пониманию высоких смыслов;
6 «Под именем же псов Он здесь разумел тех, которые живут в неисцельном нечестии, без всякой надежды исправления; а под именем свиней – всегда живущих невоздержно; все таковые, по слову Его, недостойны слушать высокое учение. То же самое и Павел выразил, сказав: Душевный человек не принимает того, что от Духа Божия, потому что он почитает это безумием (1 Кор. 2:14). И во многих других местах Он развращение жизни поставляет причиною того, что не приемлется совершеннейшее учение» (Свт. Иоанн Златоуст. Беседы на Евангелие от Матфея);
7 Технологическое повреждение душевности оставляет для верующих открытым путь спасения методом юродства — отбрасыванием повреждённого человеческого и впадением в Бога.

Люди падают
по-разному:
кто-то вниз,
кто-то вглубь,
кто-то ввысь.

08/07/2011
(Стихи автора)

Дневники — 30 августа, 12 сентября 2019,  27 ноября 2017; 10 августа 2018; 15, 24, 25, 27 сентября; 5-6-7 октября; 4, 25 декабря 2019; 12, 14, 17, 18 февраля, 2, 5, 30 марта; 13 июня 2020.  

koppel.pro

Комментарии

Елена Шутова

от сердца - к сердцу, глубоко...
    Праздник-то какой встретили - вход Господень в Иерусалим. Велика его душевная составляющая! Сердцами, ветвями, словами: "Благословен грядый во имя Господне!"  Но горько вспоминать то, что было через пять дней -"Распни Его!"  Для меня этот праздник особенный по многим причинам. 
   Пусть Спаситель, однажды встреченный и принятый иерусалимом наших сердец, пребывает там вечно. Осанна!