Вы здесь

Кискино облако

Манечка сидела на стуле и грызла баранку, когда захлопнулось окно.

От неожиданности Манечка вздрогнула и бросила баранку. Потом она посмотрела на окно, сказала: «Ой!» и побежала к маме и папе.

- Папа, мама! – кричала она в комнате. – Так на кухне за окном киска.

- Какая киска? – не понял папа.

- Как за окном? – спросила мама.

- Наша киска. – ответила Манечка, от страха ей почему-то хотелось смеяться и голос её прыгал, как резиновый мяч. – Наша киска висит за окном и говорит: «Мяу! Мяу!».

Мама всё, наконец, поняла и бросилась на кухню.

 

Киски за окном не было.

 

Папа посмотрел под столом, за дверью, позвал киску громко по имени.

Мама подошла к окну. Форточка была открыта.

- Киска, наверное, сидела на форточке и налетел ветер. – сказала мама папе тревожным голосом. – Форточка захлопнулась…

- Кисла упала? – Манечка широко открыла глаза.

- Да, Манечка, выходит так. – согласилась мама и побледнела.

Минуту все молчали и Манечка вспоминала, как Киска висела за окном и мяукала. Это было так неожиданно, немножко даже забавно и ужасно одновременно. Киска раскрывала пасть и говорила «Мяу! Мяу!». Манечка не знала, что делать и позвала маму и папу. А киска все равно упала.

- Папа, - сказала, помолчав мама. – сходи, пожалуйста, вниз. Посмотри…. Может, она еще живая?

Папа вздохнул и пошел одеваться. А Манечка от нечего-делать пошла за ним. Теперь ей стало совсем страшно и непонятно.

 

Папа одевался долго. Он почему-то надел праздничную рубашку и жилет, а также свои выходные брюки. Манечка внимательно смотрела на папу, а мама все торопила: «Ну, побыстрее, папа, вдруг она еще живая? Вдруг ее можно спасти?»

Папа оделся, взял сумку, положил в нее большой старый платок. Мама одобрительно качнула головой.

- Лопата у меня есть в машине. – зачем-то заметил папа и аккуратно закрыл за собой дверь.

Через пять минут он позвонил маме по телефону. Мама послушала, что он говорит, вздохнула и сказала:

- Отнеси ее к ветеринару.

Когда мама положила трубку, Манечка посмотрела на маму, но мама пожала плечами и ничего не ответила.

Манечка побродила по опустевшей квартире. Потрогала на столе недоеденную баранку, взяла карандаши, лист бумаги и нарисовала себя и киску за окном. Манечка жует баранку, а киска улыбается Манечке и машет ей лапой. Принесла показать рисунок маме.

- Я скучаю по киске! Папа вернет ее домой?

Мама улыбнулась, но как-то очень грустно, села на стул и взяла Манечку на руки.

- Врядли. – погладила она Манечкины волосы. – Понимаешь, моя хорошая, киска упала. А мы живем очень высоко. И киска, наверное, разбилась.

Мама взглянула Манечке в глаза, но Манечка не хотела смотреть на маму. Почему-то было больно смотреть на маму. И соглашаться с мамой тоже больно. Манечка опустила голову и задумалась.

Как так «киска разбилась»? Как чашка?

Однажды Манечка уронила чашку. Чашка зазвенела как хрустальный колокольчик, только не долго и нежно, как колокольчик, а лишь один раз – жалобно - дзинь - и рассыпалась на полу маленькими кусочками. Мама взяла веник и собрала эти кусочки и выбросила в ведро. Манечке же стало жалко чашку. Она хотела вытащить кусочки и сложить их обратно, но мама запретила: «Обрежешься!»

Что же киска упала и также – дзинь – разлетелась на маленькие кусочки? А папа их внизу собрал и положил в платок? А ветеринар соберет кискины оскоки вместе. Но ведь киса не похожа на чашку, она живая, мягкая, теплая. Ее можно гладить, а она мурчит и лижет твои пальцы.

 

Папа вернулся нескоро. Манечка вышла встречать папу, ища глазами его сумку. Сумка была пустая. И даже платка в сумке не оказалось.

 -А где киска? - спросила Манечка и встала в дверях.

- Всё. – ответил папа. – Киска больше к нам не придет. Она теперь на небе.

Папа продолжил, смотря на маму: - Ветеринар посмотрел и сказал, что очень высоко она падала. Выжить не было шансов.

- Это я виновата. – вздохнула мама. – я не закрыла форточку и был сквозняк.

- Она любила сидеть на окне. – заметил папа.

- Да.

 

Манечка вернулась на кухню, села за стол и стала смотреть в окно. По небу шли облака. Мама вошла и встала рядом. Она тоже смотрела в окно. Долго-долго.

- По-моему это облако – вон то, серое – похоже на нашу киску. - проговорила мама.

Манечка смотрела на облака и думала, что киска на небе. Но как она оказалась вверху на небе, если она упала вниз? Это очень странно и непонятно. И почему она никогда не вернется к ним с неба, их добрая киска? Неужели ей там совсем не скучно без Манечки? А облака плыли и плыли, меняя свои формы и цвет.

Комментарии

Быть виновным в гибели животного тяжело - по себе знаю. Даже косвенно виновным. Всегда помню, что животные - это мученики, ибо их бог - человек. Мы недостаточно внимательны к ним. Обычно сначала случится беда, а потом приходит понимание, что её можно было предотвратить - надо было только подумать наперед, подстраховать - защитить. Надо было действовать как-то по-другому или делать что-то не так, не то...

Вот так и у вас. Ту же форточку можно было затянуть сеткой, например. Окна старые, как я понимаю. 

Хорошо, что ты написала об этом. Это поможет изжить чувство вины. Исследование поведения ребёнка, познающего опыт смерти хвостатого друга, тоже отвлекает.

Часто так собак теряют - просто ничего не делают, чтобы не потерять. А потом случается вполне логичное - беда. Расплачиваются за нашу глупость хвостатые братья. И на опыте трагедии люди учатся быть людьми. И богами, наверное - т.е. ответственными не только за себя, но и за мир вокруг, за братьев меньших, за деревья и цветы...