Вы здесь

Бзики слепого

Парламентское большинство все-таки пропихнуло амнистию и мой сосед из дома напротив Шалва вышел на свободу. Его мать накрыла хороший стол по этому поводу. Шалва назвал кучу народа ( в том числе и меня) отмечать.

Бывший узник встречал гостей в сиянии новых шмоток. Темо, по кличке «Какаду», хлопнул его по рельефному плечу.

— Пиджак не жмет? — И не дождавшись ответа, перешел на свою любимую тему. — Ты прямо как в том анекдоте.

«... Ражикуна приехал в Рачу в новом костюме. Местным жутко понравилось.

— Ты где такое купил? — спрашивают.

— Где купил, да в Сан-Ремо!

— Далеко от Амбролаури?

— Будет так 2000 километров.

— Смотри ты, какое глухое место, а как шьют!...»

(Записываю это здесь т.к. сам люблю четкие анекдоты.)

Уже устав от выпитого и съеденного, среди общей болтовни кто-то пристал к герою дня.

— Аба, дорогой, расскажи нам какую-нибудь сильную историю. Не зря же ты три года отсидел.

Шалва, который еще мог изъясняться членораздельно, задумался, а потом исполнил просимое. Все как-то встряхнулись, настраиваясь на кровавый ужастик.

-... Со мной сидел один парень Кока. Его мать рано умерла, а отец, — Шалва сделал красноречивый жест, — одним словом, ему было не до сына. Кока слонялся целыми днями по друзьям, потом прилепился к своему дальнему родственнику. Он называл его дядя Сулико.

— Что за клиент? — перебил его любитель сильных историй.

— Так, ничего особенного. Был раньше электриком, потом получил травму и ослеп. Его бросила жена. И он доживал один в какой-то дыре. А тут еще Кока подвалил. Пенсии Сулико конечно не хватало на двоих. Кока и придумал на голодный желудок грабануть своего одноклассника. Часто бывал у того дома и знал весь график семьи наизусть.

Пробрался он в дом, нашел две тысячи долларов и уже собрался смываться, смотрит — дело плохо. Прямо у ворот патруль какого-то хмыря допрашивает. Всмотрелся: да это же Сулико в черных очках. Стоит и время тянет: " Я, мол, мимо шел, дом перепутал«. Пока патруль с ним разбирался, Кока через балкон с другой стороны вылез и — бежать.

— Не понял, — напрягся Темо, — этот слепой как там оказался?

— Мы тоже самое у него спрашивали, — отозвался Шалва. — Кока клялся, что ничего ему заранее не говорил. Слепой, видно, какой-то нюх имел. Но это так, детали. Короче, попетляв по городу, Кока вернулся с пачками к Сулико. А тот ему сто вперед: «Иди, положи, что взял, на место. За тобой вот-вот придут.»

Кока не стал ему дурочку валять и поскорее оттуда слинял.

— И по дороге его все-таки зацапали, — не утерпел Темо. — Так? И что тут крутого?

— Ты что, семимесячный? — разозлился рассказчик. — Не перебивай.

Слегка остыв, он продолжал.

— ... Когда Коку засадили, Сулико стал ходить к нему на свидания с книгами. И вместо разговоров просил читать ему вслух. Кока краснел, бледнел под взглядами охраны, но все же читал из вежливости. Охрана, само собой,потешалась над бзиками слепого.

— Маразм какой-то, — буркнул Темо себе под нос.

Остальные тоже потеряли интерес к рассказу, который явно не оправдал их ожиданий.

Шалва вроде не замечал общей расслабухи.

— Так ходил он к нему года два. Потом как-то пропустил одно свидание, другое. Кока запаниковал. Потом мы через разные каналы узнали, что Сулико умер. Соседи похоронили его в складчину. Узнав об этом, Кока впал в истерику. Мы пытались его успокоить, а он орал на нас.

—... Вы считали его идиотом! А он любил меня, понимаете, любил! Мой отец пришел сюда только раз, когда Сулико со своей стучащей палкой ходил сюда, как на работу. Он не читал мне морали. Он просто хотел, чтоб я вышел отсюда человеком и делал это, как мог....

Гости, как-то разом перестав болтать между собой и кляцать вилками о тарелки, сидели молча. Наверное, каждый представлял себе этого чудака Сулико, едущего на другой конец города с книгами под мышкой и то и дело спрашивающего дорогу.

Шалва встал, тем самым ставя на истории логическую точку.

— Давайте выпьем в лице Сулико за всех, любящих нас со всем нашим дерьмом.За всех, чья любовь, как спасательный круг, держит каждого на плаву в этой жизни.

Все задвигали стульями, вставая и поднимая стаканы.

Темо сказал на полном серьезе.

— Джигар1! Тюрьма точно пошла тебе на пользу. Раньше ты никогда не говорил таких проникновенных тостов!

14.01.13
Из цикла «Записки Вахо Антивируса»

Примечание:

  1. Неперводимое слово, высшая пахвала.