Открывались сами двери,
Но не шла густая ночь.
А рассвету я не верил,
Вряд ли смог бы он помочь.
Проступали кроны тихо,
Нависали над землёй,
Собирались тихо вихри
Над непрожитой судьбой,
Над моей, твоею, ихней,
Над уставшей синевой.
Где-то лучик первый вспыхнул,
Чтоб кровавой стать зарёй.
Ты лети, сжигая судьбы,
Их сжигая и меня,
Ну, а тех, кто после будет,
Ты не тронь стрелой огня.
Ты лети сквозь мрак и дыры,
Сквозь сомненья и беду,
Чисть вселенским Мойдодыром
Чёрных будней череду.
