На живца

Отогреться от смерти,
отогреться для жизни —
живущего встретив.

И любви дешевизну —
умирания признак —
пройти, не заметив.

Распахнувшись до сердца,
явить силу дéревца —
жизнь ловить на живца.

В небо — раненой птицей,
наземь — и не разбиться:
претерпеть до конца.

Мысли о реформе церковнославянского языка или полслова о рассуждении

Дорогие омилийцы! Нижепредставленная статья написана в августе сего года. В начале сентября, как вы помните, Святейший Патриарх признал невозможность на данном этапе реформы церковнославянского языка и призвал священство расширять внебогослужебную деятельность с целью углубления понимания верующими ЦСЛ языка. Однако и с публикацией Патриаршего обращения статья, как мне думается, не утратила своей актуальности. Я ознакомился со многими материалами и «за», и «против» реформы, но не нашел в них отображения некоторых моих мыслей. Так появилась эта статья. Смиренно выношу ее на ваш суд и надеюсь, что отзывы будут в обычном для клуба спокойном и братском тоне.

Осень или мальчик со спичками

Опустилась на дома седая полночь,
Шар луны огромной вновь печали полный.
Отзвенело лето в песнях соловьиных,
Осень поздняя на улицах пустынных.

Всё пророчеством зимы холодной дышит,
Белой проседью узор по камню вышит.
Желтый лист по мостовой печально кружит,
Он как жизнь моя теперь уже не нужен.

Чиркну спичкой и в ладонях станет лето,
Загорится на секунду ярким светом.
Загорится и умрёт, как всё земное,
Оставляя лишь молчанье гробовое.

Колокольный звон

Вновь миром правит зло, вновь бесам «несть числа»,
Вновь свиньями Святое попирается…
Но только зазвоня́т в Церква́х колокола –
- Вся нечисть на Планете содрогается…

У колокольных нот – Божественный клавир
И русское звучание державное.
Звоня́т колокола – и слушает весь Мир
Святые перезвоны Православные!

Зря вре́менным победам радуется ад –
- Ещё настанет битве час решающий!
… А колокольный звон – торжественный набат,
Нас под Хоругвь Христову созывающий…

Невозможно сердцу не страдать...

Невозможно сердцу не страдать,
Коль его порока стрелы ранят.
(Исцелит же только благодать
Покаянных слёз и воздыханий.)

Наложив на зов Небес печать,
Став безвольным данником земного, –
Невозможно сердцу не скучать
Вдалеке от истинного Дома.

Невозможно сердцу не остыть,
Коль его греха лелеет холод.
Жизни Хлеб не выкрасть, не купить –
Для души, когда нагрянет голод.

Но…
        покинув злачные пути
В мир порока, страстью ослеплённый, –
Невозможно сердцу не найти
Кров Отца, Любовью освящённый.

9.06.2011 г.
 

Слоны слоняются...

Слоны слоняются без дела,

слонам слоняться надоело.

«Не прислоняться!» — надпись всё же

к слонам могла быть осторожней.

Слонявый слон, слюнявый слон

за прислоненья заключён

под стражу. Слон ему судья!

Но чур — не ты, и чур — не я.

Слон солнце заслонять не смеет —

на слонце слон всегда слонеет.

Баллада о красках

Престранную картину увидел я во сне:
Жил человек на крыше в соломенном гнезде.
Жил человек на крыше,
Зелёный, синий, рыжий,
Пел песни сам себе.

Играл чудак цветами и, видимо, не зря,
Поскольку откликалась малиново заря,
И небеса синели,
И травы зеленели,
Земле цвета даря.

Первая встреча...

Первая встреча, а раньше – помнишь,
Часто боялся, что ввысь уронишь..

Голос казался сухим и гулким,
Так и бродили по закоулкам…

И целовались…а ты вернешься?
Нет нам раздолья - лишь счастья ноша…

Воздвижение Креста Господня

Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

Дорогие братия и сестры, особое событие празднуем мы в сегодняшний день. Много веков назад святая равноапостольная царица Елена, движимая любовью ко Господу, обрела Честной и Животворящий Крест Господень. Произошло это событие в IV веке, однако с тех пор Церковь не только не забыла это знаменательное событие, но, наоборот, ежегодно воспоминает его, вынося на поклонение своим верным чадам знамение Креста. Мы поклоняемся этой святыне, этому оружию на супостата нашего спасения — диавола и обретаем благодатную помощь от Господа. Поклоняясь выносимому кресту, мы поем: «Кресту твоему покланяемся, Владыко, и Святое Воскресение Твое славим!» Действительно, в поклонении Кресту есть не столько скорбные воспоминания о тех страданиях, которые Господь понес ради нашего спасения, но и радость о Христе Воскресшем. Именно в Воскресении Господа есть наше упование и на наше будущее воскресение из мертвых. И Крест Господень для всех, стремящихся ко спасению есть оружие спасения, «сила Божия» по слову Божественного Апостола (1 Кор 1:18).

Мой друг — единорог

Ко мне пришёл единорог
И молча сел за стол.
Налил ему в стаканчик грог,
Спросил: «Зачем пришёл?»

Конь деликатно промолчал.
Потом, вскочив, исчез.
Куда же гость мой поскакал —
В пустыню или в лес?

Их много (все не сосчитать) —
Тропинок и дорог.
Скажи мне, где тебя искать,
Мой друг — единорог?

Длюсь

Молюсь в Тебе,
свечусь в Тебе
и дл-ю-ю-ю-сь.

Длюсь междустрочьем,
строчками,
мечтами.

Не длюсь, когда боюсь
и если злюсь,

когда не падаю Тебе на грудь
стихами

и песнями,
         слезами-голосами,
               дождями-ливнями...

Стремлюсь к Тебе рекой,
ручьем струюсь

и бесконечно дл-ю-ю-ю-сь,

пока бегу к Тебе,
пока молюсь.

Я возвращаюсь в пережитóе...

Я возвращаюсь в пережитóе...
Не оживить засохшее тельце
той стрекозы, что ожив весною,
осенью заморозила сердце.
Всполохи осени, как пришествие,
вносят прохладу в твое сознание,
не сокращая цвета и шелеста,
делят присутствие на расставания.
Делят, граничат, готовят почву,
неумолима тайная воля:
ею расписано все до строчки
в пьесе с названьем: Судьба и доля;
ею рассчитаны угол наклона,
градус волнения, чин и взгляды,
ею же после свершатся законы:
или венец тебе, или награды.

Не знает осень сладкого притворства...

Не знает осень сладкого притворства:
Тоскует, ждёт, рыдает и ... горчит.
Из своего прощального сиротства
Рябиной красной сердце угостит.

Скупа на похвалу, молчит о многом,
И словно тайну – прячет небеса.
Встают туманы призрачным острогом,
И смотрят вдаль всё пристальней глаза.

Один на Один

Гроздь винограда упала на обеденный стол,  разбудила жучка, дремавшего между плотно сомкнувшимися ягодками-виноградинками. Большие грубые  пальцы отрывали одну ягоду за другой, обнажая ветку грозди. Вот уже солнечный луч нащупал тельце жучка, вот уже лапки оголились…

Вот и все! Все ягоды испиты, жучок остался один на Один. Плотно прижимаясь к обнаженной ветке, жучок еще надеялся, что его не заметят, что еще раз «пронесет», как везло зачастую. Хозяин ближе поднес ветку к лицу. Жучок зажмурился: ох, что сейчас будет? Большие грубые пальцы прикоснулись к маленькому тельцу; из распахнутого окна пахнуло прохладой;  солнце спряталось за большую черную тучу…

Патология как культура

Русский социолог Питирим Александрович Сорокин выделял три типа культуры — идеациональный, идеалистический и чувственный. Основой всякой культуры является ценность. Любая культура представляет собой единство составных частей, пронизанных одним смыслом, одной ценностью. Господствующая ценность определяет социально-экономический уклад и формы деятельности человека. Так, например, считает П.А. Сорокин, для культуры Запада Средних веков главной ценностью был Бог. Именно поэтому все сферы человеческой деятельности средневекового Запада были связаны с религией и контролировались ею. Литература и музыка, живопись, архитектура и философия носили исключительно религиозный характер. Такую культуру П.А. Сорокин называл идеациональной.

Воспитывать в людях христианскую свободу

Комиссией Межсоборного присутствия по вопросам приходской жизни и приходской практики был подготовлен для дискуссии проект документа «О подготовке ко Святому Причащению».

Своим мнением о предлагаемом документе делится настоятель подворья Даниловского монастыря в селе Долматово игумен Петр (Мещеринов).

— Как вы оцениваете документ в целом?

— Я думаю, никто не будет спорить, что для нашей жизни традиционно свойственна значительная разница между большими городами (особенно Москвой) и прочей Россией. Эта разница проявляется и в церковной жизни. Для провинции этот документ может стать шагом вперёд. Если же говорить о больших церковных центрах, то та практика, которая сложилась на начало 2000-х годов и которую, собственно, и фиксирует данный документ, для многих уже является пройденным этапом.

На прогулке

Дорогому племяннику
Владимиру Конопле

 

Коснулась осень крон зелёных
Своею кистью золотой,
И стал простор в объятьях клёнов
Сиять багрянцем с желтизной.

В округе стало меньше солнца,
Принёс прохладу ветерок,
И, напоив себя росою,
Бежал оврагами песок.

И мы с племянником вразвалку
Шли днём воскресным к роднику,
Минуя луг, лесочек славный,
Даря улыбки ветерку.

Молитва

Когда устану я от слов

Теологического толка,

Где каждый спорящий готов

Признать свои сужденья только,

Я покидаю тех ослов.

Я по английски ухожу

В поля, где ветер рано утром

Приподнимает паранджу

Страницы