Вы здесь

Переводы

Йоргос Сеферис. Два стихотворения

Послесловие

…но их глаза белёсые, без век,
и как тростинки, тонки руки…

Господи, только не с ними!
Узнал я голос детей на заре,
что резвились на зеленеющих склонах,
веселясь, будто пчёлки
или бабочки, у которых столько цветов.
Господи, только не с ними!
Их голоса не срываются с уст.
Застревают, липнут к жёлтым зубам.

Море и ветер Твои,
на небосклоне звезда, —
Господи, чем мы стали — не знаем,
и чем могли стать,
раны  врачуя травами здешними,
с этих склонов зелёных,
не чуждых, родных, —
как дышим, и как дышали бы
с краткой молитовкой каждое утро,
что застаёт у побережья тебя,
бродящим в памяти безднах.

Избранные стихотворения Майи Энджелоу

СТАРИКИ СМЕЮТСЯ

Уже пройдя школу притворства,

когда держать всем нужно губы

то так, то сяк,  между бровей

мысль проложить, старые люди

могут позволить животам

трястись — как медленные бубны —

голос повысить и кричать, бросать слова

куда угодно.

Ластовица безмолвная

О преподобном Неофите, затворнике Кипрском

Звезда Лефкары

Родина преподобного Неофита, Затворника Кипрского ─ пригород тихого городка Лефкары. Его главная улица к Храму Честного Креста широка, густо усеяна лавчонками. Но стоит свернуть, побродить причудливо петляющими переулками, как вы тут же погрузитесь в ясную тишину. Раскинув руки, можно коснуться ограждающих переулок домов. А за яркими цветочными лозами внезапно наткнуться на старую, запертую на щеколду дверь, за которой — таинственная темнота храма. Здесь, быть может, кто-то когда-то, никем не тревожимый, сидел здесь и молился часами.

Монах Симон. Краткое житие преподобного Никифора Прокаженного

Перевод с новогреческого

Преподобный отец наш Никифор, в миру Николай Дзананакис, родился в деревне Сирикари на западе Крита. Во младенчестве он лишился обоих родителей. В тринадцать лет дедушка отправил отрока служить в цирюльню городка Ханья. Здесь его все полюбили как прекрасное, умное, общительное и доброе дитя.

Но жизнь уготовала ему тяжкий и болезненный подвиг, который начался, когда на теле появились первые признаки недуга, известного как проказа.

Юный Николай сильно испугался и огорчился.

Чтобы власти не узнали этого и не заперли его на безводном острове Спиналонга, когда симптомы болезни станут слишком явными, в возрасте шестнадцати лет он бежал в Александрию Египетскую.

Моя тень

Моя тень — моя подружка!
За мною ходит по пятам.
Она хитрая такая —
Я за ней не поспеваю.

Когда ложусь я спать,
Она быстрее прыг в кровать,
Ложится на подушку
И сопит мне в ушко.

От носа до макушки,
От пяток до хвоста
Она такая же как я,
Очень шустрая!

В ночь на Рождество

История первая. О несделанном аборте, слепых глазах и зрячем сердце

Этот случай произошел с одной моей подругой давным-давно.

Нино приехала в город учиться. Ее соблазнил один женатый человек. Она забеременела, а дальше всё развивалось по обычной схеме: виновник проблемы дал деньги на аборт. Но Нино уже любила своего еще не рожденного ребенка и отказалась от этой идеи. Хорошо знала, что строгий отец и братья не простят ей этой ошибки, и все-таки на седьмом месяце вернулась домой, в деревню. Наступал Новый год, и она надеялась, что сказочная ночь сотворит и для нее чудо: родные ее простят и всё забудут.

Даже мать не заступилась за беременную дочь. Наоборот, она подсказала «мудрое» решение:

— Сейчас все отдыхают, и никому нет до нас дела. Как Рождество пройдет, я отвезу ее в соседний район к знакомой акушерке. Там и родит втайне. А ребенка продадут кому-нибудь. Благо, бездетных много — долго искать не придется!

Башир Батчаев. Медовая земля

Вдыхает небо дух медовых трав,
Нектаром веет нежный летний ветер.

В Джазлыке и в Дауте всё в цветах,
И ночь скользит в прозрачном лунном свете

Седой орёл свои крыла простёр,
В парении безмолвном, бесконечном,

И над горой, похожей на шатёр,
Его полёт казаться может вечным.

Кавказ — моя земля, мой отчий кров,
Где честь в душе у каждого мужчины,

Земля седых и мудрых стариков,
Легенд и песен, древних как вершины.

Башир Батчаев. След руки

Она давно уже ушла
В высокий мир небесных далей,
И где парит её душа,
Теперь узнаю я, едва ли...

...Тогда весна цвела в садах
Бела, как будто невесома,
А мать с улыбкой на губах
Обмазывала стену дома.

И, как улыбки этой свет,
Как лик звезды на небосклоне,
На много лет остался след
Её руки — её ладони.

Он всё ещё хранит тепло,
И здесь, в безветренном затишье
Мне так покойно и светло,
И снова голос мамин слышен.

Старая немецкая песня

Топот сапог солдатских раздается

Авторизованный перевод Андрея Окулова

Песня «Wenn die Soldaten durch die Stadt marschieren» появилась в конце девятнадцатого — начале двадцатого века. В этой песне нет никакой политики, в германской армии она пелась в разные эпохи существования армии этого государства. Впервые ее официально приняли как строевую песню в 1907 году. Перевести старинную солдатскую похабную песню — задача не из легких. Ведь текст должен точно лечь на музыку. Автор старался точно передать ее смысл.

Топот сапог солдатских раздается
Окна открыты: девушкам неймется
Зачем? Затем
Зачем? Затем
Им всем ужасно хочется траля-ля-ля-ля-ла
С солдатом поворочаться траля-ля-ля-ля-ля-ля!

Мой друг, плач! Она любила...

(перевод с украинского)

Мой друже, плач! Она любила.
В колыбели губ ее качался
Твой сон любви, и у кормила
Под нежным парусом спешила
Твоя душа,  мир начинался
Рассветом чувств еще невинных
И юных слов дитя наполовину —
Как ты любил! Как ты влюблялся!
Не плач, мой друг! Ведь ты счастливый,
Ты все отдал, чтоб обвенчать
Свой сон любви... И сердца силы,
И силы разума... в бессилии
Страданья ты лишь мог отдать.

Я мыслю так же, как творю

Я мыслю так же, как творю,
Но, молви, разве это горше,
Если это горе не пригоршне
В своей слезе я растворю?

Мой труд — не горе, не злоречие.
Он путь, и счастье и беда.
Падут на груди поезда,
И сядут самолеты мне на плечи,

До порога земли моей

(пер. с украинского)

До порога земли моей
Поспеши, судьба моя строгая.
Колет осень золоторогая
Клин печальный теплых лап журавлей.
В очарованной дымке пашни полей
Разверсталась седая дорога...
До порога земли моей
Поспеши, судьба моя строгая.

Отдаю тебе волю свою,
Отдаю тебе силу, доля,
И раздумий моих незаснежено поле,
И незлого себя отдаю.

Длится вечер в бабьем лете

(перевод с украинского)

Длится вечер в бабьем лете,
Между тополем от поля до села
Лебедь-тучка путается в хлебе
Малиновые перышки роняет из крыла.

Она роняет и роняет, что поделать сможет?
В небе налеталась до изнемогу.
Ветер перья в спелой ржи исторжет —
Все же хлеба с тучи не пекут.

Боюсь пошевелиться...Тишина...

(перевод с украинского)

Боюсь пошевелиться...Тишина...
Не знал еще такую я и легкость, и свободу:
А, может, это колыбелью с запахом весна
Меня качнула в чистом небосводе,

А, может, кто с благословенным словом
К душе моей так тихо наклонился...
Не знаю, кто... не вижу... отзовися!
Ведь у меня на все в ответ готово!

Нет никого... Одна лишь тишина...
Колышется лишь запах колыбели
И небеса, как изумруд, ниспошлют наземь воду...

Дары язычников

Повесть о святом мученике Порфирии Ефесском 

Она вошла в собор, когда Литургия уже закончилась. Надо сказать, что в тот день праздновалась память святого мученика Порфирия, пострадавшего за Христа почти тридцать лет тому назад. Это случилось именно здесь, в Ефесе, во время посещения города нечестивым императором Юлианом Отступником. Вероятно поэтому местный епископ, престарелый Владыка Иоанн, будучи уроженцем Ефеса, отмечал день памяти своего святого земляка с особой торжественностью, и лично совершал в его честь праздничную службу. А после нее подолгу молился в одиночестве в соборном алтаре.

А пока епископ, отложив всякое житейское попечение, молился Богу о мире всего мира, в притворе собора молодой диакон Донат занимался делами житейскими. Он разбирал приношения прихожан, раскладывая их на две кучки. Направо что получше — для храма и для клира. Налево что похуже — для нищих, эти и такое съедят! Увы, доля нищих опять оказалась больше, чем доля клира. Но что поделать, если эти люди, называющие себя христианами, так скупы и самолюбивы. И потому поступают по известной поговорке: на Тебе, Боже, что нам негоже. Ни веры, ни страха Божия, ни любви…

Два стихотворения Йоргоса Сефериса

Отречение
(из цикла «Ракушки, облака»)

Берега лента укромна и
Что голубица, бела.
Полдень. Хочется пить,
Но вода солона.

И на песке, что бледные крылья простёр,
Мы вывели имя той,
О ком повеял мне бриз морской,
А надписание стёр.

Чем дышишь? К чему сердце прильнуть
Жаждет? О чём страдает?
Ошиблись, жизнь перелетая?
Переменяем путь.

Эмили Дикинсон. Стихи о птицах небесных и земных

«Взгляните на птиц небесных:
они ни сеют, ни жнут, ни собирают в житницы;
и Отец ваш Небесный питает их.
Вы не гораздо ли лучше их?»
(Матф.6:26)
.

БОГ КАЖДОЙ ПТИЦЕ ХЛЕБА ДАЛ...

Бог каждой птице хлеба дал,
и кроху одну — мне.
Хоть я сегодня голодна  —
её не смею съесть.
Ей обладать  — в руках держать —
и помнить подвиг тот,
что даровал мне этот клад —
мой воробьиный рок!
И если будет недород —
не вспомню о крупе —
ведь изобилие моё
смеется на столе.
Мои запасники полны,
наполненны с лихвой,
я с крохою своей одной
владею всей землей!

GOD GAVE A LOAF TO EVERY BIRD

Эмили Дикинсон. Три стихотворения

В ЭТИ ДНИ ВОЗВРАЩАЮТСЯ ПТИЦЫ

В эти дни возвращаются птицы,
их немного — одна или две —
возвращаются, чтоб покружиться
напоследок у нас во дворе.

В эти дни небеса надевают
облаченье Июня — обман! —
Золотой они вид принимают
и нарядом скрывают туман.

О, притворство, заметное пчелке,
Я ж поверить могла бы тебе,
Благовидно ты, да вот только
правду скажут другие мне...

Шел Сильверстайн. Избранные стихи

МАЛЕНЬКИЙ МАЛЬЧИК И СТАРИК

Маленький мальчик сказал: «Порой я роняю ложку!»
Старик ему отвечал: «Я делаю также, крошка».
Потом мальчуган прошептал: «Я могу описать штаны!»
Старик захохотал: «И в этом похожи мы!»
«Еще я могу зареветь!» — признался малыш тогда.
«И я!» — закивал старик — «и я реву иногда!»
«Но хуже всего, то — мальчик проговорил. —
Что взрослым нет на меня ни времени и ни сил!»
Сжимает ладошку с теплом морщинистая рука:
«Тебя понимаю, дружок!» — тихий ответ старика.

Акафист св. прп. Серафиму Платинскому

Кондак 1

Избранный сосуде Христов, благословенный отче Серафиме, приносим тебе песнь благодарения и молитвы, приими их как богоприятную жертву нашу. Предстояще ныне пред Престолом Господа Вышняго со всеми угодившими Богу, ты молиши Его о нас, недостойных. Посему мы, грешнии, вопием:

Радуйся, святый благословенный отче Серафиме, светильниче  Света Христова, возсиявший в последния дни!

Страницы