- Кхэ, кхе…Здравствуйте! – В дверном проеме стоял молодой худой мужчина в желтом вельветовом пиджаке и затертых джинсах. - Вы - Редактор? – Вежливо спросил он, улыбаясь.

Сидевший за столом отвлекся на минуту от листа бумаги, на котором писал что-то быстрым размашистым почерком, и быстрым оценивающим взглядом осмотрел вошедшего:

- Да, я Редактор. – Ответил он и, продолжив свое занятие, спросил, не поднимая глаз.- А Вы, судя по всему – автор?

- Да нет, я не автор. – Смущенно улыбнулся вошедший. - Я – Писатель.

- Ну, хорошо, Писатель так Писатель. – Негромко проговорил Редактор и, закончив писать, убрал лист бумаги в боковой ящик стола. - Вы, наверное, ко мне по какому-то делу? – Спросил он вошедшего.

- Точно, по делу, - Улыбнулся Писатель и переступил в дверях с ноги на ногу.

- Да не стойте Вы там, - Сказал Редактор и, указав рукой на старое кожаное кресло у своего стола, пригласил, - присаживайтесь, прошу Вас.

- Спасибо, - обрадовался Писатель, - как говорится: в ногах правды нет.

- По-разному бывает, - неопределенно ответил Редактор.

Писатель дерганной подпрыгивающей походкой подошел к креслу и резко сел в него. Только сейчас редактор заметил в руке вошедшего пухлую коричневую папку. Он задумчиво погладил рукой бороду, снял очки и, сложив дужки, положил их стеклами вверх на стол перед собой.

- Ну, что у вас? – Без особого интереса спросил он у Писателя, чуть заметно кивнув на папку в его руках.

Писатель никак не мог устроиться в глубоком кресле, он елозил по нему, стараясь принять удобное для себя положение, то откидываясь на спинку, то опираясь на подлокотник. Наконец, немного успокоившись, он положил на стол свою папку, помолчал, выдерживая паузу, и торжественно выговорил:

- Вот.

- Что это? – Взглянув на маленькие настольные часы, спросил Редактор.

- Роман. – Тихо промолвил Писатель.

- Как называется?

- Вы знаете, - обрадовался Писатель, - у него пока нет названия.

Редактор понимающе молча кивнул.

Писатель, улыбаясь, смотрел на него.

- А о чем? – Наконец спросил Редактор.

- О жизни! – Радостно воскликнул Писатель.

- Про любовь, значит? – Вежливо уточнил Редактор.

- И про любовь тоже, - Писатель закрутился в кресле, – понимаете, мой роман, это…это целый мир, это война, люди, машины. Это благородство и коварность, это огромные яркие звезды и дикие звери, это хрустальные горы, и…

- Фантастика, что ли? – Не совсем вежливо прервал бурное выступление Редактор.

- Фантастика?! – Фыркнул Писатель. - Фэнтези! Уважаемый Редактор, фэнтези!

- Фэнтези, это интересно, - сказал Редактор и попытался почесать под столом ногой ногу, но не вышло. Он сел в кресле прямо, чуть облокотившись на стол и наклонившись вперед к Писателю, негромко спросил, – А почему, собственно, этот жанр?

- Так ведь, - подпрыгнул в кресле Писатель, - это самое что ни на есть мое! Я ведь, сколько себя помню, всегда фантазировать любил, с самого с раннего детства. И родители мои мне этого никогда не запрещали, а даже наоборот - поощряли. Помню, - начал Писатель мечтательным тоном, - соберемся, бывало, зимним вечером за нашим круглым столом, поставим самовар, и начну я рассказывать свои диковинные истории. А мама с отцом сидят тихо-тихо - меня слушают.

Редактор, наконец, дотянулся под столом рукой до ноги, почесался и, резко выпрямившись в кресле, решительно остановил поток воспоминаний Писателя:

- Ну-с, давайте ближе к делу, - он протянул руку к папке, - давайте-ка посмотрим, что там у вас.

Писатель нежно погладил рукой папку и, немного помедлив, негромко сказал:

- Знаете, я все же не хотел бы вот так сразу отдавать вам свой роман, - он, грустно улыбаясь, посмотрел на Редактора и подвинул папку к себе.

Редактор застыл удивленно, подняв брови, но потом, осмыслив сказанное, убрал свою руку и медленно откинулся на спинку кресла.

- Понимаете, - продолжал Писатель, - это мое, выстраданное, я всю свою жизнь писал этот роман. Я переживал каждую фразу, каждое слово. И теперь я просто боюсь.

- Зачем же тогда вы его сюда принесли? – Раздраженно спросил удивленный Редактор.

- Ну как же, - улыбнулся Писатель, - я хочу, что б люди знали…

- Ну, так и дайте им его прочитать. – Раздражение Редактора возросло.

- Я не могу так сразу, - со скромной улыбкой опустил взгляд Писатель и легонько погладил бечевку, перетягивающую папку.

- Ну, знаете ли, милейший, - возмущенно заговорил Редактор, - не морочьте в таком случае мне голову. Или оставляйте мне свой роман на прочтение, или …

- Нет, нет, вы меня неверно поняли, - поспешно заговорил Писатель, - я, конечно же, оставлю вам его, но я бы хотел предварительно вкратце рассказать вам о том, что в нем написано, подготовить так сказать к прочтению.