В саду, необычайно красивом и чрезвычайно заросшем (хотя, при более внимательном взгляде, в этом буйстве жизни можно было увидеть удивительную гармонию и заботливую руку садовника), в беседке, под огромным старым дубом сидели два писателя. Седовласый хозяин дома и его гость, средних лет господин в элегантном и дорогом костюме. Они знали друг друга целую вечность, но друзьями не были; они не делали совместных проектов, не соперничали. Их встречи носили характер... Можно назвать это неким спором, ведь его молодой гость писал, в основном, критические статьи, отличавшиеся непременной едкостью. Он не особо ценил литературу (в особенности произведения хозяина усадьбы), хотя, в своей области, был весьма талантлив. Говорил много и с охотой.
- Ну что, я оказался прав, герой твоего нового произведения -- несчастный человек.
- Ты как всегда торопишься с выводами, -- ответил хозяин сада, -- во первых работа ещё не дописана, а во вторых я бы не назвал моего героя несчастным.
- Ну да, разумеется! Бедность, стеснённые обстоятельства -- великое благо. Узнаю философию.
- Мы говорим о внутреннем состоянии, о красоте и силе души. Различные трудности делают их ещё прекрасней и твёрже.
- Зачем? Это абсолютно бессмысленные качества. Герой состоит из плоти, живёт в материальном мире полном трудностей и опасностей, должен сам заботится о пище, о крове. Это не растения в твоём саду, где расцветает, расползается, плодоносит всё, чему не лень, -- он с отвращением огляделся вокруг. -- Именно поэтому герою гораздо важнее сила воли, острота ума, бесстрашие.
- А также тщеславие, гордость, отсутствие милосердия и моральных принципов.
- Мораль?.. -- молодой скривил губы. -- Глупейшее изобретение. Особенно для романов. Закон жанра требует наличие любовной интриги, которая, в свою очередь, необходима для другого закона -- размножения, и я не вижу никакой логики в намеренном ограничении средств на пути достижения этой цели.
- Я хорошо знаком с твоим искусством искажения, но тебе известно, что есть Любовь на самом деле? Она выше любых законов.
- Закон вечен, закон необходим. Без него невозможно творчество, так как из хаоса не родится творение. И наоборот, без чётких правил работа станет бессмысленным набором слов.
- Да, закон существует, и, в какой то мере, нужен, однако, Слово оживает только тогда, когда имеет дух, и это главное в творчестве. Один лишь закон, холодный и лишённый милосердия, беспощадной критикой убъёт произведение, не следуй оно хотя бы одному из правил.
- Так в чём же дело? Всё должно стремится к совершенству, не ты ли сам так горячо проповедуешь сию истину? Но, как бы ты не хотел, мир далёк от идеальности. Я же не устану утверждать: наделённый добротой и самопожертвованием герой просто не способен жить полноценной и счастливой жизнью. Выживает сильнейший, а умирают дураки и неудачники. Это естественно.
- Отнюдь. Для человека есть "вещи" намного важнее просто выживания и удовлетворения своих потребностей. Всё дело в выборе, приняв сторону добра и любви человек в конечном счёте выигрывает, и, следовательно, выживает. Добро всегда побеждает зло.
- Ерунда! Просто ты помогаешь своим героям, спасая их чудесным образом. Ну конечно, ты писатель, в твоей власти слово, в твоих руках весь мир, сотворённый с помощью слова. Но где справедливость, о которой так много пафоса.
- Я могу творить чудеса, однако мои герои обладают достаточной силой, что бы справиться самим, и трудности лишь закаляют их.
- Знаю я эту силу. Вера в то, что ты сильный и надежда на то, что любовь побеждает. Никакой уверенности, одна демагогия. В плане выживания индивида полностью отсутствует логика в призыве подставить лицо для удара. Или отдать тело для распятия. Люди понимают это и мучаются. Они мечутся между разумными доводами своего ума, своей логики, и теми глупыми установками о морали, вложенные тобой изначально в их бедные души. Совесть -- это пудовые гири повешенные на руки боксёра, перед тем, как отправить его сражаться на жизненном ринге. Молодец тот, кто сумел скинуть их вначале первого раунда.
- Боюсь, тебе не понять этого никогда. И не стать писателем.
- Да, я лишён этой ненужной способности. Но я предлагаю эксперимент. Разреши поместить рядом с твоим героем своего. Недели его такими качествами: огромной силой воли, холодным и расчётливым умом, прекрасными мускулами и главное -- если невозможно убрать совсем, -- минимальная вера в добро, отсутствие моральных принципов и т.п. Пусть это будет нечто, вроде дуэли.
- Хорошо.
Прошёл определённый отрезок времени.
- Я не понимаю, как такое могло произойти? -- раздражённо ответил критик. -- По всей вероятности ты вновь вмешался в ход событий и помог на последнем этапе.
- Нет, всё происходило естественным образом. Иначе не могло быть, зло способно одерживать только временные победы.
- Ты вмешался. Или объясни мне, каким образом мог проиграть мой персонаж, превратившись в обычного "лоха", верящего в добро и готового пожертвовать жизнью ради человечества?
- Всё просто. Ты сам читал книгу. С начала твой герой стал быстро добиваться успеха. Переступая через друзей и конкурентов он обрёл и богатство и власть. Вполне естественно, что цепочка причин-следствий привела его в тюрьму, куда он сел за убийство, и куда ранее, сфабриковав дело и подкупив судей он упрятал моего героя. Казалось, не оставалось никаких преград для последнего акта -- физической расправы. Но именно там, в темнице, месте, где обнажаются души человеческие и случилось чудесное превращение злодея в человека.
- Именно чудесным. Посредством твоего волшебного пера.
- Нет, герой совершил выбор. Вспомни, ты сам наделил его необычайной силой воли, смелостью, отвагой. И эти качества он ценил более всех других. Он презирал слабых, ненавидел трусов. Но там, в тюрьме, он столкнулся с примером ещё большей смелости и величины духа. Вспомни эпизод, когда мой герой добровольно согласился отдать страшный долг вместо своего врага -- жизнь проигранную в карты. Этот поступок слабого человека имеющего веру поразил в самое сердце, и маленькая искра хорошего разгорелась в нём в настоящее пламя. Причём, как ты знаешь, произошедшее отразилось в разной степени на всех сокамерниках, и если не изменило их, то, во всяком случае, заставило прекратить кровавое развлечение. И по какому из бесконечных сценариев не развивались бы события, какой бы не оказалась финальная ситуация -- результат всегда будет один.
- Очень трогательно, я готов расплакаться от умиления, -- ответил критик.