Вы здесь

Горе

Гóре, горе —
горé не смотрят люди.

Как горé сей сказать:
Иди горé?!

Гóре, горе —
гореть с  грехами будем:

каждый гордый
в своём аду помре.

Горечь, горечь —
такая мгла повсюду.

Темень, темень —
иди отсюда прочь!

Гóре, горе —
Господь
распинаем
всеми.

Горечь, горечь —
мир поглощает ночь.

Комментарии

Нет для мертвых ничего более непонятного и ненавистного, чем живой.
Потому так много скорбей мертвые причиняют живым.

Не могу врать, Наташенька. Ночь перед рассветом - это о другом. О счастье, наверное :)

Мы имеем счастье не быть диким мясом, но имеем выбор только: быть распятым или распинать. Не распятым не быть нельзя со Христом. Мы снова в моей Гефсимании, Наташенька. В Гефсимании - страшно и одиноко. А Воскресение - потом и не здесь уже как бы.

Когда мне страшно, я вспоминаю Христа, молившегося до кровавого пота, и понимаю, что страх - дело нормальное. Его отсутствие - патология. Решимость умереть ещё надо родить в себе. Это страшно, когда ты во Христе только жить научился. Хочется жить, а не умирать - во Христе. Антиномия жизнь-смерть трудно дается mosking

А вообще трудно жить, когда на одном полюсе - Христос, а на другом - Дикое мясо. И всё это есть - человек и ты сам.

Наталья Трясцина

Поскольку животный страх смерти - он в крови, он родился вместе с телом, как врожденный рефлекс, мы его подавляем, а он висит как Дамоклов меч в подсознании. С какой душевной легкостью мы бы умирали, если бы его у нас не было. Но чем человек разумнее, тем он больше ценит жизнь и взвешивает себя на весах смерти. Вся наша жизнь - это бесконечная репетиция смерти. И кажется, чуть облегчить осознание смертного часа может только одно "Я не один, я вместе с Господом, это не только со мной происходит". Как сказала Ахматова "Это не я. Я бы так не смогла". Но несмотря на это, мы с раннего детства внезапно вздрагиваем, когда осознаем мандельштамовское "Неужели я настоящий и, действительно, смерть придет".

Мандельштам - о другом всё-таки. Именно вместе с Господом человек оказывается распятым. У креста есть вертикаль и горизонталь. Вертикаль - свет, горизонталь - смерть. Во Христе ты и там, и сям оказываешься. И когда ты в горизонтали сосредотачиваешься, это крест - когда с людьми. Сопряженность с людьми, единение с ними - это распятие, если ты во Христе.  Люди -  вечные распинатели, ибо ты, как и Христос, един со всеми, а не только со Христом. Но во Христе ты един и с людьми, отказаться от единства с распинателями можно только путем отказа от Христа. И тогда ты сам станешь распинать. Такое христианское бить или не бить mosking

Мария Коробова

Изгнание горя и темени из жизни, протест против горя быть безразличным к чужому горю. Опустив взоры горЕ, мы проходим мимо горя... Как изощренно и отчаянно играешь ты, Светлана. с этим страшным словом. Такой горестный рефрен... Очень много какой-то нездешней экспрессии. Возможно, так совершали моление против зла первые христиане...
Нижегородская Омилийка с восхищением

Да, наверное, это попытка заговорить зло. Или даже свой страх перед его воцарением в мире. Нелепая детская попытка не пустить, отказать в приеме тому, чему всё равно быть.

СпасиБо, Машенька, за радость общения! rainbow

Настоящая духовная поэзия! Как редко приходится читать стихи такой глубины, когда общечеловеческое и личное слиты. СпасиБо, Светлана, за глубину!