Отец Небесный

В поле бабочки порхают,
Лес шумит невдалеке,
Малыши в саду играют,   
Рыбки плещутся в реке,

Этот мир такой чудесный –
Травку, солнышко, цветок –
Сотворил Отец Небесный,
Всемогущий, добрый Бог.

Он всем миром управляет
И заботится о нас,
Ради блага посылает
Испытания подчас.

Как для мамы нет милее   
Малой деточки своей.
Так во много раз сильнее –
Любит Бог наш всех людей.

Для мужества настали времена

оптинцам о.Илиодору (Гариянцу) +26.10.2020

о.Евфимию (Богомолову) +29.11.2020

Для мужества настали времена.
Ушли отцы Илиодор, Евфимий.
Смерть называет всех по именам,
И каждый мир когда-нибудь покинет.

Всё больше появляется крестов,
Снег покрывает выросшие всхолмья,
И говорит на языке простом:
Не забывай о смерти, странник, помни!

Что истинная родина – не тут,
Что смерть – это всего лишь переправа.
Укажет направление Страшный Суд
Одним налево, а другим направо.

Растёт имён незримый коридор,
Текут молитв невидимые реки.
И проступает вечности узор
Сквозь времени протертые прорехи.

Позади

                       Некоторым сверстникам,
                       уже достигшим цели, посвящается.

Тропинка снова прячется в туман.
И я иду по этой узенькой границе,
Боясь как вправо, так и влево уклониться.
Со мною посох и дорожная сума.

Уже давно ушли за светлый горизонт,
С кем мы в одной качались колыбели,
Мне снисходительно свое оставив время,
Как сладкоежке лакомый кусок.

Мне не дано свой путь в заветную страну
Пройти подобно вам – гвардейцем на параде;
Но нищим странником, просящим Христа ради,
Держась за Вашу путеводную звезду.

Осени предпоследнего дня

Дар предпоследнего дня  листопада

Кротко приму с рук ушедшего лета.

Мне истощенному  с неба награда -

Осень моя первым снегом одета.

 

Я, словно древо, колеблемо ветром,

Что в дни напасти в корнях укрепится

И, лишь молюсь, в искушении этом,

Чтоб не оставлен был Божьей десницей.

 

Руки ослаблены, глаз мой состарен,

Цели поставлены – промах мишени.

Я за всю данность Христу благодарен

И за все дни тяготы и лишений.

29.11.2020

Мишкины вопросы

- Бабушка, тебе налить еще чая? – мама поворачивается от раковины и вытирает мокрые руки о фартук с большими цветами.

- Да нет, я уже налилась. – отвечает бабушка, отодвигая от себя белую фарфоровую кружку.

Мишка удивлен. Он как-то читал Гуси-лебеди и там говорилось о наливных яблоках.

«Мама, а что такое наливные яблоки?» - спросил тогда Мишка. «Это, сынок, яблоки, созревшие, которые налились соком, и стали румяные, вкусные, красивые, они так и просятся в рот» - ответила мама. А сейчас Бабушка говорит, что она налилась, но бабушка совсем не похожа на сочный плод. Скорее она напоминает сухой инжир, который мама добавляет в кипящее молоко, когда Мишка болеет. Желтый, морщинистый, круглый и сухой.

Она родилась, чтобы Бога сделать доступным (Ч.1)

Ни мало не преувеличу, если скажу то очевидное, что наиболее почтительное отношение со стороны верующего контингента людей из всех, кого Церковь считает и именует святыми – всегда выражалось именно к личности Пресвятой Богородицы.

 Несомненно, Матерь Божия – и об этом многократно напоминает Церковь в своих богослужениях и молитвословиях – «Честнейшая херувимов и Славнейшая Серафимов», и что Она находится вне всякого «сравнения» («без сравнения») с кем-либо из земнородных.

Тем не менее, такого, позволю себе так выразиться, «статуса» усвоенного Ей Богом и такого «уровня» возвеличивания и почитания Церковным Преданием, Пресвятая Дева стала достойной, будучи в полноценной человеческой «ипостаси».

Жизнелюбец АСС, Толик и ковидная Яська

У продовольственного магазина на низкой старенькой коляске с разномастными колесами сидело постоянное присутственное лицо, безногий человек неопределенного возраста.  АСС, так назывался он тем, кто хотел с ним познакомиться, непременно уточняя: Астахов Сергей Сергеич, мытарь из Тополиного.

Ему подавали, когда хорошо, когда не очень, но любил он старушек, особенно в день их пенсии, когда те угощали его то яблоком, то пряником и непременной копеечкой, пороется иная в тощем кошельке, как вот сейчас, подошла, положила рублевик, вздохнула и попросила:

- Ты уж помолись,  родимик,  о грешной Пелагее да о ее детках… где-то они сейчас мыкаются».

- Да какой из меня молитвенник, бабка Пелагея, сам грешный, местечка светлого не найдешь.

Гурргу-мурр

Вот ведь как бывает, идешь себе по делам, торопишься, и вдруг – неожиданность,откроешь рот от удивления и обо всем забудешь. Смотрю – кошка крадется к голубю, понятное дело, охотится, хотел крикнуть ему, что опасность, да замешкался: интересно все же – что дальше будет. И не коситесь с укором: плоховатый я парнишка, сорванец-оголец, так мама меня называет, а я и не сержусь, за что сердиться, если правда. Обещаю ей, обещаю, что исправлюсь, и сам в это верю, а потом, когда что-нибудь интересное увижу, враз исчезают и мамины слова, и мои клятвы, вот и сейчас… ага, на всякий случай припасаю длинный прут, чтобы голубей отмахнуть, если что.

Как монахи обижали Иоанна Затворника

Обратите внимание, что Иоанна Затворника ненавидели за настоящесть, за несовпадение реальной святости с представлениями о ней у людей.

 

Расхристанность как состояние души...

«Ему грезилось в болезни, будто весь мир осужден в жертву какой-то страшной, неслыханной и невиданной моровой язве, идущей из глубины Азии на Европу.

Все должны были погибнуть, кроме некоторых, весьма немногих, избранных. Появились какие-то новые трихины, существа микроскопические, вселявшиеся в тела людей. Но эти существа были духи, одаренные умом и волей.

Люди, принявшие их в себя, становились тотчас же бесноватыми и сумасшедшими. Но никогда, никогда люди не считали себя так умными и непоколебимыми в истине, как считали зараженные. Никогда не считали непоколебимее своих приговоров, своих научных выводов, своих нравственных убеждений и верований.

Авгиевы конюшни...

Заарканенные сетью,
Оцифрованные люди
Ловко врут, кричат и дружат
С помощью клавиатуры.
Им язык уже не нужен -
Пальцы бегают по кнопкам,
Променяли речь живую,
Променяли смех на скобки,
Променяли лес и небо,
Кровь заката, шум прибоя,
Шелест листьев предрассветный
На мерцанье монитора.
С каждым новым поколеньем
Провода все глубже в мясо
И давно смирились с этим
Оцифрованные массы.

Сергей Кузнецов

Святая Правда

Опять незваные варяги
Славян пытаются учить,
Исподтишка срывают стяги
И льют стальные калачи...

Святыни попраны врагами,
Которым снова несть числа,
Пересчитали все овраги,
Оцифровали все тела...

А души бьются в лабиринте
Восставшего небытия,
Судьба к судьбе
Стучится в гости:
Чужая или же своя?!

Святая Русь!

Вставай на стражу
Твоих нерукотворных стен...

Ведь с нами Бог!

В Нём - сила Правды,
И Свет без тени перемен...
 

Женитьба

У Владимира  Колотова умирала мать. Умирала неожиданно. Легла в областную  больницу с печенью – прихватило правый бок до невозможности дышать. Врачи обнаружили  цирроз. Сыну и ее двоюродной сестре Ирине без особой деликатности сообщили, что пациентка  безнадежна, поздно  хватились. Те, недолго думая, в горе и  обиде увезли Аксинью домой.  «Уж лучше дома,  - тихонько сама себе приговаривала женщина, прикусывая от боли губы, -  в родных стенах». Еще не старая женщина, она не хотела верить, что умирает, неправда это –  и пожить не успела, и надышаться вволю, потому пытливо и сторожко заглядывала в глаза  родных, ничего утешительного не поймав, со вздохом причитала:

- Ох как не хочется помирать, родименькие мои, а сердечко чует – не встану больше.

Привыкание

Из книги "ЧЕРНОБЫЛЬСКИЙ СЛОВАРЬ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА"

ПРИВЫКАНИЕ. Говорят, что привычка – вторая натура. Привыкнуть можно к чему угодно. К сожалению или к счастью? Когда привыкнешь окончательно, привычка станет уже не второй а – исключительно – первой натурой.

Так и живут наши «меньшие» братья по разуму.

            ПРИВЫКЛИ          

Ко всему привыкаем и со всем согласимся,

С чем бороться – впустую, противиться – бред.

И с бедой, и с болезнью, и с пленом смиримся,

Лишь бы крыша была, да очаг, да обед,

 

Да родные и близкие были бы живы,

Да немного удачи на завтрашний день...

Пусть слова и дела будут жалки и лживы,

Пусть над ложью и жалостью царствует тень,

Порча человечности

Что происходит с миром, с людьми? Кто-то говорит, ничего особенного — не надо паниковать (таких немало). Другие, наоборот, призывают к активному сопротивлению обесчеловечиванию. Эти два лагеря уже не находят общего языка — их картины мира не просто разнятся, они противостоят друг другу. Это глубинное разделение, и хотя противостояние очевидно обеим сторонам, причины его трактуются слишком по-разному, договориться невозможно в принципе. Время разделения — от этого никуда не спрячешься.

Что можно и нужно сделать? Возможно, попробовать показать, сделать видимой, наглядной, очевидной ту самую порчу человечности, которую замечают одни и в упор не видят (не хотят? боятся? не могут?) другие. Дело заранее неблагодарное, т. к. лагерь невидящих не видит по каким-то «техническим» причинам (нет соответствующего органа восприятия), а значит невосприятие аргументов гарантировано. И всё же, я приведу несколько примеров, которые сами, без усилий с моей стороны, попали «в руки» и, скорее, чтобы нагляднее прорисовать ситуацию для видящих, наблюдающих её, а не чтобы убедить невидящих. Как говорится, «кто не понимает, тот пусть не понимает...».

Страницы