Нам так понравилось в прошлый раз у старца Паисия, что мы снова пришли к нему и постучали билом в калитку.

Било — это вот такой молоточек, которым стучат по доске.

С рюкзаком и палочкой в руках,— как устали мы с тобой, добираясь сюда! Но вот мы стучим в калитку, а в душе нашей — радость. Такая, какая бывает только рядом с Богом или Божиими людьми.

И снова мы сидим у полюбившейся кельи на пенёчках, жуём лукум… И слушаем рассказы старца Паисия.

ГДЕ НАЙТИ БОГА?

Часто старец Паисий говорил:

— Старайтесь во всём увидеть Бога.

* * *
Всё ходят и ходят какие-то странные люди,
Их столько же будет,
Когда нашу Землю разбудят.
Их будет так много –
Все улицы в лицах!
Зовут их Серёга,
Зачем на Серёгу сердиться?
Есть имя у всякого тела,
Но часто
До этого нету нам дела…

К несчастью,
Петляет дорога,
Ухабы заходятся в танце.
Шагающих в ногу так много,
Но все мы давно иностранцы,
Хотя так похожи,
Что злоба играет на роже,
А как же иначе –
В "Макдоналдсе" съели Серёжу…
И даже без сдачи –

Что нам до имён
мы не можем уже обознаться:
Серёжа – Семён?
Но твердит телефон:
Два было, осталось их восемь-пятнадцать…

И вновь мы под серым зрачком небосклона,
Такою же пресной, как серый песок Вавилона,
Бредём по дороге,
Широкой, как зев окоёма,
И, глядя под ноги,
Всё дальше уходим от дома…

20 ноября 2006

      КАЛИБКА

      Мы идём по горной тропинке среди зелёных зарослей.
      Тропинка то сужается, то расширяется, и мы то поднимаемся в гору, то спускаемся вниз. Наконец, мы дошли до калибки старца Паисия. Калибка — это маленький домик, в котором живут монахи поодиночке.
      Отец Паисий сидит во дворе, под открытым небом, а рядом, на пенёчках и деревянных чурбачках расположились его посетители — те, кто пришёл за наставлением и утешением,— и слушают его рассказы. В этих простых рассказах много мудрых мыслей.
      Вот и мы сядем на деревянные чурбачки.
      Старец всем раздаёт на благословение орехи, которые ему кто-то принёс.
      И нам досталось по ореху. Давай посидим и послушаем.

      ПЧЕЛА И МУХА

О любви, говорят, сказано уже всё, только не всеми. Такое это чувство особенное, что каждый норовит сказать о нем хоть что-нибудь: кто словом, кто делом.
Солнце посылает земле свои лучи, признаваясь таким образом ей в своей любви, и эта любовь пробуждает все вокруг, предлагая миру отозваться любовным эхом, тысячами разных голосов и отголосков.
Мир полон любовью настолько, что даже дома рассказывают друг другу романтические истории....

* * *

Молоденькая Трехэтажка влюбилась в близстоящую Пятиэтажку — видно, слишком близко друг ко другу их поставили недальновидные люди.

На заре, когда солнце золотило крыши этих домов первыми лучами, они перебрасывались солнечными зайчиками, делились своими сновидениями, сплетничали о своих жильцах, и им казалось, что они счастливы. Радость общения — великий дар Творца, который позволяет узнавать себя в другом и находить совершенно непохожего другого в себе.

Грачи мерцали над больницей
И догорали, словно дни, –
Такие маленькие птицы,
Печальным ангелам сродни.

Они кружили и шумели,
Тревожным трепетом полны,
Как почерневшие шинели
Не возвратившихся с войны.

На том или на этом свете
Грачи плели свои круги,
Нас возвращая в 43-й
Всем предписаньям вопреки?

Тем не понять, кто с нами не был,
Горластых маленьких бойцов –
На каждого кусочек неба
Под осень щедрого свинцом…

…Сентябрь качался на исходе,
Раскинув два свои крыла,
И, как на белом пароходе,
Палата белая плыла.

Дрожали тополя ресницы,
В них прятался больничный двор,
А наши души, словно птицы
Из клеток рвались на простор…