П. Гэллико. «Томасина» и другие сказки – «взрослый» разговор о детских книжках

Эти книги, чьими героями являются как люди, так и животные, очень похожи на сказки. Именно поэтому найти их можно не во «взрослых», а в детских библиотеках. Или в книжных магазинах, опять-таки в отделах с детской литературой. И фильм «Безумная Лори», снятый еще в 1991 г. советской киностудией «Глобус» по одной из них, тоже вполне «детский». А потому главные герои там поют песни, звери и птицы разговаривают, а у подножия трона, на котором восседает «дочь Солнца и Луны богиня Баст», вернее, возомнившая себя таковой рыжая кошка Томасина, танцуют «настоящие» древнеегипетские жрицы. Ниже я попытаюсь дать свой ответ на вопрос, читателям какого возраста адресованы сказки П. Гэллико. Но, возможно, то, что их считают «детским чтением», даже к лучшему. Потому что тогда есть надежда, что человек познакомится с ними вовремя.

Иначе говоря, успеет их прочесть, пока он еще не озлобился и не утратил способности искренне сопереживать героям. И, даже если он не поймет скрытого в них смысла, а запомнит их просто как сказки про людей и зверюшек, прочитанное, как говорится, ранит ему сердце и западет в душу. Не зря сказал когда-то поэт Дмитрий Кедрин: «то, что пройдет – забудется, что не пройдет – останется». А разве этого мало?

Именно такая память осталась и у меня от прочитанной в начале 90- гг. в журнале «Наука и жизнь» сказки П. Гэллико «Дженни». Тогда имя ее автора еще не говорило мне ничего, и потому со временем забылось. А вот сама история о приключениях мальчика Питера и кошки Дженни Макмурр – запомнилась, и надолго. Недавно мне посчастливилось найти и перечитать «Дженни». А также прочесть два аналогичных произведения П. Гэллико – «Ослиное чудо» и «Томасину». Как уже говорилось ранее, все эти книги считаются детскими сказками «про животных». Вроде всем известной книги Р. Киплинга «Маугли».

В какой-то мере это и впрямь так. Потому что среди их действующих лиц много, что называется, четвероногих существ. Тут и ослица Виолетта («Ослиное чудо»), и целая галерея диких и домашних зверюшек, от «ежа-притворщика» до рыжей кошки, именем которой названа книга («Томасина»), и лондонские кошки («Дженни»). При этом все эти животные участвуют в действии наравне с людьми и своим поведением подчас напоминают их. Так в сказке «Дженни» мальчик Питер, превратившись в бродячего котенка, обнаруживает, что кошки «очень похожи на людей. Одним были сварливы и придирчивы, даже если обратишься к ним со всей вежливостью; другие, приветливые и благодушные, успевали пригласить их к себе, прежде чем попросишь о приюте. Попадались и снобы, не желавшие водиться с беспризорными, и бывшие беспризорные, искренне жалевшие собратьев». Одним словом, и добряки, и негодяи. Совсем как люди.

Впрочем, задолго до П. Гэллико были писатели, которые наделяли своих героев-животных человеческими чертами характера. Или показывали, что и им присущи людские добродетели – верность, отвага, мудрость. Например, тот же Р. Киплинг. Или Ф. Зальтен, автор трогательной повести о приключениях олененка Бемби. Или Э. Сетон-Томпсон, давший одной из своих книг говорящее само за себя заглавие: «Животные-герои». Все это так. Однако при знакомстве со сказками П. Гэллико становится очевидным – это не просто «истории о зверях». Даже в книге «Дженни», где главными героями являются кошки, цель повествования отнюдь не в том, чтобы ознакомить читателей с их повадками или образом жизни. Как в крохотной сказке «Ослиное чудо» речь идет не только про то, как бедный паренек Пепино спасал своего больного ослика. А в повести «Томасина», параллельно с вполне «сказочными» приключениями кошки, происходят другие, куда более важные, события. Но уже из жизни людей. Вообще, об этой книге стоит рассказать поподробнее. Сделаю это чуть ниже.

Так о чем же тогда говорится в сказках П. Гэллико? При знакомстве с ними становится очевидным – все они повествуют о милосердии, сострадании, жертвенности, жалости. Иначе говоря – о любви. Действительно, приключения героев сказки «Дженни» - кошки и мальчика Питера, превратившегося в котенка1, становятся для них настоящей школой любви к ближним. Причем эта наука оказывается куда более жестокой, чем пресловутая «наука выживания». Питер и Дженни на собственном горьком опыте убеждаются, что научиться любить ближнего – намного труднее, чем сражаться с крысами или спасаться от зубов бультерьера. И что укоры совести или несправедливая обида ранят куда сильнее, чем клыки и когти врага. А зло страшно еще и тем, что последствия его могут оказаться непоправимыми. Ярчайшим примером этому является история с мистером Гримзом, одиноким добрым стариком, которого Дженни обманывает, вымещая на нем свою обиду на других людей. Позднее она убеждается, что судила о них пристрастно. Но ее раскаяние и попытка исправить причиненное зло оказываются поздними – вернувшись к мистеру Гримзу, чтобы отныне стать «его кошками», Питер и Дженни застают его уже мертвым… Не менее жесток и «экзамен», которым кончается жизнь героя среди кошек – спасая Дженни, он жертвует собственной жизнью. После чего возвращается в мир людей2. Но уже другим человеком. Так что котенок, которого родители наконец-то дарят Питеру, для него уже не живая игрушка, помогающая скрасить одиночество, а, прежде всего, беззащитное существо, нуждающееся в его заботе и защите. Подобно тому котенку, каким был он сам, когда его нашла и выходила бродячая кошка Дженни. В итоге, вроде бы простая детская сказка приобретает характер притчи о духовном взрослении человека, о страданиях, которые, по словам Святителя Луки (Войно-Ясенецкого), «очищают и возвышают душу», и о том, что человек становится истинным человеком лишь тогда, когда научится любить ближнего. И, хотя в этой сказке нет упоминаний о Христе, Питер, «полагающий душу» за Дженни, поступает именно по-христиански. Ибо то, «чтобы любящий Бога любил и брата своего» (1 Ин. 4, 21), заповедано нам Спасителем, «положившим за нас душу Свою» (1 Ин. 3, 16). Вероятно, эта сказка производит столь сильное впечатление на читателя именно потому, что по сути своей является глубоко христианской.

* * *

Другая сказка П. Гэллико, «Ослиное чудо», на первый взгляд, совсем не похожа на «Дженни». Она гораздо меньше ее по объему и не столь драматична. Да и действие ее происходит не в Англии, а в Италии, в городе Ассизи. Вдобавок, героем ее является человек – бедный подросток-сирота Пепино. Правда, как и в сказке «Дженни», у этого мальчика тоже есть любимое четвероногое существо - Виолетта – «серый, как пыль, ослик с улыбкой Моны Лизы».

Здесь следует объяснить одну особенность всех трех вышеупомянутых сказок П. Гэллико. А именно – почему их главные герои-дети так привязаны к животным. Причина очень проста – они одиноки и лишены любви взрослых. Причем это отнюдь не связано с их материальным достатком. Да, Пепино беден, почти нищ. А вот Питер Браун, сын полковника («Дженни») или дочь ветеринара Мэри-Руа («Томасина»), незнакомы с нуждой. И, тем не менее, для всех троих детей единственными существами, способными ответить любовью на их любовь, оказываются не люди, а животные. Потому что взрослые, занятые исключительно личными проблемами, сломленные и озлобленные собственными скорбями, к сожалению утратили способность любить кого-либо, кроме себя и замечать даже страдания своих детей. С наибольшей остротой П. Гэллико поднимает эту проблему в книге «Томасина», где эгоизм главного героя, ветеринара Эндрью Макдьюи, чуть не становится причиной смерти его маленькой дочери. Хотя о том же говорится и в «Дженни». И даже в крохотной сказке «Ослиное чудо», герой которой, в силу своей бедности и сиротства, обделен людской любовью. Оттого-то ослица Виолетта для него - не просто рабочая скотина, а единственное на свете существо, которое делит с ним радость и горе. «Люди, бывало, и били, и обижали их, но Виолетта всегда слушала его жалобы и нежно зализывала раны. Когда он радовался, он пел ей песни, когда горевал – плакал, уткнувшись в мягкий серый бок. А ночью, свернувшись на соломе, Пепино прислонялся головой к ослиной шее и думал иногда, что Виолетта – и мать ему, и сестра, и подружка, и помощница». Неудивительно, что «Пепино и Виолетта очень любили друг друга».
Однако, в отличие от сказки «Дженни», в «Ослином чуде» уже не прикровенно, а в открытую говорится о вере героя. Когда Виолетта заболевает, и ветеринар признается, что не в силах ей помочь, Пепино возлагает надежду на Бога. Точнее сказать, на молитвенное предстательство Франциска Ассизского, которого католики (к каковым относится и герой сказки) почитают как святого. Пепино верит, что если он приведет Виолетту к гробнице Франциска3, «очень любившего животных, а осликов – больше всего», то тот, «увидев, как она улыбается», обязательно исцелит ее. Конечно, его желание непременно привести ослика к самой раке Франциска у кого-то вызовет усмешку, а у кого-то (как и у монаха Бернардо из этой сказки) яростное негодование. Но стоит согласиться – какой бы наивной не была вера Пепино, это – глубокая вера. Как истиной является и то, о чем говорит доктор Стрэтси из другой книги П. Гэллико («Томасина»), «когда медицина бессильна, остается одно: молиться». Любой верующий человек знает это на собственном опыте.

Разумеется, все, к кому мальчик обращается со своей просьбой, отвечают ему отказом. Причем справедливо – они не хотят и не собираются нарушать церковный устав. Однако сам Пепино убежден: «нет – это не ответ», и едет в Рим, к самому папе. И тогда действительно происходит чудо. Получив посланный мальчиком букет цветов и записку, папа благословляет допустить Виолетту к гробнице Франциска. При этом «ключом», который открывает двери неприступного Ватиканского дворца для бедного сироты, опять-таки становятся его душевные качества: вера, надежда и любовь. Так что ни один из тамошних служителей – от охранника до папского секретаря – оказывается не в силах выбросить в урну букет цветов, посланный им папе, «ибо цветы, хоть и растут повсюду, напоминают каждому о том, что он любит больше всего». Стоит вспомнить, что в другой, уже «взрослой» книжке П. Гэллико, «Цветы для миссис Харрис», именно любовь к цветам помогает англичанке-уборщице Аде Харрис и французскому министру маркизу Ипполиту де Шассань преодолеть сословную и национальную неприязнь и подружиться. Иначе говоря, объединяет их.

Бесспорно, то, что ослицу допускают к гробнице Франциска, является нарушением буквы устава. Однако, по словам Святого Апостола Павла, «…буква убивает, а дух животворит» (2 Кор. 3, 6). Так что не случайно именно после этого в обломках каменной кладки, которой был заложен боковой ход к раке, обнаруживается шкатулка, где лежат веревочный пояс Франциска, колосок, полевой цветок и птичье перо. Символы бедности, любви и веры. То его «завещание», что люди безуспешно искали семь веков. Потому что в погоне за внешним благочестием, за богатством и славой, позабыли его заветы. Это, хоть и горькая, но правда.

Возможно, для кого-то из читателей сказка «Ослиное чудо» останется просто трогательной историей о мальчике и ослике. Хотя, как уже говорилось выше, это только «внешнее». Впрочем, как и «католические» реалии сказки. Потому что П. Гэллико сумел подняться над ними. И, если это вслед за ним сделает и читатель, то вспомнит, что задолго до Франциска о бедности, любви и вере говорил Спаситель в Нагорной проповеди (Мф. 5-7). А приключения Пепино напомнят ему Евангельскую историю о женщине-хананеянке, которая ради любви к больной дочери была готова на любые жертвы, и чью веру похвалил Христос (Мф. 15, 21-28). Или слова Спасителя о силе веры, способной передвигать горы (Мф. 17, 20), или же о том, что «…всякий просящий получает, и ищущий находит, и стучащему отворят» (Мф. 7, 8). Другому же, возможно, придут на память строки Апостола Павла: «А теперь пребывают сии три: вера, надежда, любовь; но любовь из них больше» (1 Кор. 13, 13). Потому что сказке «Ослиное чудо» говорится как раз о вере, надежде и любви – трех великих христианских добродетелях.