Жила-была на свете сиротинушка Дарьюшка. Росла она без отца, без матери у своей крёстной – божатушки*. Божатушка еще в молодости овдовела, своих деток не имела, как могла, Дашеньку жалела. Да и Дашенька в ней души не чаяла – во всем старалась её горькое вдовство скрасить.

Выросла Дашенька всем на загляденье да на радость – и пригожая, и работящая, и душою добрая. Вот и стали люди звать её Дарья-отрада.

Пришло время, нашёлся Дашеньке жених Иван-богатырь, сватов к божатушке заслал, согласие Дарьюшки и её крёстной матери получил. Полюбились друг другу Дарья-отрада да Иван-богатырь, обручились, кольцами золотыми обменялись и стали готовиться к свадьбе-венчанию: Дашеньке подвенечное платье шьют, Ивану кафтан новый справляют… Да не выпало им лёгкого счастья.

За неделю до свадьбы налетела на их землю сила поганая, несметная. Все богатыри да витязи собрались и землю родную защищать поскакали.

Ждёт-пождёт Дарья-отрада своего суженого, да только плохих вестей дождалась.

Богатыри, что с войны вернулись, рассказали, как налетели во время битвы птицы железные, семерых богатырей схватили да и за горы к поганым унесли. В плен попал и Иван-богатырь.

Как заплакали-запричитали девицы, без женихов оставшиеся, как запели песни протяжные, жалостливые, так в каждом доме об их разбитом счастье слезы полились.

Три месяца девушки не унимались. Первой плакать Дарья-отрада перестала, обошла всех невест горемычных, собрала их вместе и говорит:

– Девушки-красавицы, душеньки-подруженьки! Одно у нас горе, одна на всех беда. Плакали мы, бились, да слезами горю не поможешь. Пойдёмте в церковь – Богу помолимся, да у старого батюшки совета спросим, чем женихам помочь?

Выслушали Дарью-отраду подруги и отвечают:

– Хорошо. Через три дня в воскресенье и пойдём.

Наступило воскресенье. Собрались девушки в церковь идти, в красивые платья нарядились, новые туфли надели. Только Дарья-отрада в скромном платьице молиться пошла.

Вот идут девушки по улице – туда–сюда по сторонам смотрят, головами вертят: давно перед народом не прохаживались. Одна Дашенька под ноги глядит, ничего вокруг себя не замечает, Ивана своего вспоминает.

Тут навстречу девицам скоморохи из-за угла вывернули, на гармошке да балалайках играют-приплясывают, весёлые песни поют. Увидели девиц нарядных и прямо к ним направились:

– Что загрустили, красавицы, носы повесили?

– Женихов наших птицы железные в плен унесли, – отвечают.

– Разве это беда? – говорят скоморохи. – Женихов ещё на свете много! Мы вам получше ваших богатырей женихов найдём. Хватит вам ждать тех, кого, может, давно и в живых-то нет. Пора и повеселиться-порадоваться. Пойдёмте с нами на гулянье – не пожалеете, от своих печалей поразвеетесь, с заезжими купцами попляшете. Во-он их сколько нынче в наш город понаехало!

Остановились девицы-красавицы, зашушукались, на скоморохов весёлых поглядывают. А те знай плясовую играют – у девиц ноги сами в пляс просятся! Только Дарья-отрада стоит, в землю потупилась.

Тут одна девушка и говорит:

– Почему бы нам, подруженьки, и вправду не отвлечься от нашей беды?

Повернулись девицы-красавицы и пошли за скоморохами на лужайку – хороводы водить, с заезжими купцами шутить-озорничать. Одна Дарья-отрада на дороге к храму осталась.

Вздохнула она о девушках неверных, об их женихах несчастных, а сама пошла в церковь. Там Спасу до земли поклонилась, Богу помолилась и попросила у батюшки благословения ехать искать своего Ивана-богатыря.

Не сразу мудрый батюшка ей ответил, трудную думу думал, а потом и сказал:

– Поезжай, доченька, с Богом, – и благословил Дарью-отраду на подвиг великий.

Пришла Дарьюшка домой, рассказала своей божатушке, что взяла в церкви благословение ехать выручать своего Ивана-богатыря. Ахнула божатушка, схватилась за сердце, а потом успокоилась и стала собирать свою крестницу в путь-дорогу дальнюю. «Если бы мой супруг не погиб, а в плен попал, я бы тоже его искать пошла», – подумала крёстная.

Заказала божатушка мастерам сделать Дарьюшке доспехи по её росту – шлем с личиной, кольчугу, поручи-поножи, щит да меч. Дала ей рубаху льняную, домотканую, старинный сарафан про запас.

– Может, не всё тебе воевать придётся, – сказала.

А потом вывела божатушка из конюшни коня белого богатырского и Дарье-отраде поведала:

– Этот конь мужа моего, в сечи убитого, домой принёс. Будет он тебе служить верно и тебя домой принесёт – живую или мёртвую. Седлай коня, одевай доспехи. Теперь ты не Дарья-отрада, а Девица-поляница: по полям да горам тебе скакать, Ивана-богатыря искать.

Облеклась в доспехи богатырские Девица-поляница и поклонилась до земли крёстной матери, а та ей наказ дала:

– Пуще жизни крестик нательный береги и ничего для спасения жениха своего не пожалей: ни красоты, ни молодости, ни счастья.

Села Девица-поляница на коня и в дальнюю сторону поскакала. А её подружки в это время на лужайке со скоморохами плясали, в чистом поле пыль увидали, а откуда она взялась, допытываться не стали.

Ехала, ехала Девица-поляница по чистому полю: через реки синие на коне переплывала, в ковыльные степи попала. Вдруг навстречу ей воительница на чёрном коне выехала, грозным голосом закричала:

– Я врагиня твоя по имени Волчья сестра. Ты зачем едешь в мою сторону, Девица-поляница? Не жениха ли своего Ивана ищешь? Ничего у тебя не выйдет. Иван-богатырь на крепкую цепь посажен и работает на моих братьев день и ночь!

Ничего не ответила ей Девица-поляница, а вступила в бой с Волчьей сестрой. Бились они с полудня до вечерней зари – кольчуги свои изорвали, мечи зазубрили. Вдруг Волчья сестра Дарью-отраду в грудь ударила. Да извернулся конь богатырский, Девицу-поляницу от верной гибели спас. Только кольчуга у богатырки на груди надорвалась, бирюзовый крестик в дырочке засиял, Волчью сестру по глазам светом ясным ударил. Отшатнулась она в страхе, а Девица-поляница рубанула врагиню своим мечом, так руку правую ей и отсекла.

Повернула своего чёрного коня Волчья сестра и наутёк пустилась, а Дарья-отрада с белого коня слезла, дала ему отдых, а потом дальше поскакала.

Долго ли, коротко ли ехала Девица-поляница, на пути ей встретились горы высокие, пропасти глубокие. На большую крутизну поднялась – дальше с конём ходу нет.

Попрощалась Дарья-отрада с конём белым, в пещере его спрятала, там же и доспехи богатырские сложила и под видом нищенки пошла по горным тропкам Ивана-богатыря искать.

Долго ей не попадался ни один живой человек. Наконец, на краю глубокой пропасти встретилась Девице-полянице ведьма чернее ночи. Подошла к ней Дарья-отрада и спрашивает:

– Не знаешь ли, тётушка, где мне Ивана-богатыря, жениха моего, найти?

– Знаю, – отвечает. – Отдай мне свой крестик бирюзовый, скажу.

– Бери у меня, что хочешь, только крестик мой крещальный я тебе отдать не могу!

– Тогда отдавай свою красоту! – сказала ей ведьма.

– Хорошо, возьми красоту тётушка, только укажи дорогу.

Ведьма чернее ночи стала красавицей, а Дарья-отрада – уродиной. Та девице и говорит:

– Видишь вон ту снежную гору? Дойдёшь до неё, там моя средняя сестра живёт. Она тебе дальше путь к жениху твоему покажет.

Пошла Девица-поляница к горе снежной, а сама – чернее ночи. Зверь её дальней дорогой обходит, птица стороной облетает, солнце, и то за тучку прячется, чтобы на Дарью-отраду не смотреть.

Вот дошла Девица-поляница до снежной горы, встречает ее старуха – волосы седые, косматые, сама в три погибели согнулась. Увидела Дарью-отраду и спрашивает:

– Как же ты забрела в мои владения? Что тебе надо?

– Мне путь сюда твоя младшая сестра указала. Я ищу Ивана-богатыря. Подскажи мне к нему дорогу.

– Отдай мне свой крест бирюзовый, подскажу, – отвечает ведьма.

– Не могу тебе крестик нательный отдать. Проси, что хочешь, – говорит Девица-поляница.

– Тогда молодость отдай! – закричала ведьма.

– Хорошо, возьми молодость, только путь к моему жениху укажи.